Fallout Other

Fallout Other

Подписчиков: 30     Сообщений: 298     Рейтинг постов: 5,440.6

Конкурсы Fallout Fallout Other Пыль и Ржавчина Highwayman ...Fallout фэндомы 

Пыль и Ржавчина. Часть 3.

Судя по реакции, или текст не очень, или читать на реакторе не любят, но так как я не кармодрочер, меня это всё равно не остановит. Вот тут - начало, тут - вторая часть. А мы возвращаемся в Пустоши...


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *

Он назвал её Сарой. Общаться им было нелегко. Отчасти из-за разницы в возрасте, отчасти из-за того, что девочка была немой – судя по всему, от рождения. Она понимала то, что говорил Джон, а вот он улавливал только самые простые жесты. Ситуацию усугублял тот факт, что, выражая свои мысли, девочка импровизировала на ходу. Впрочем, она оказалась достаточно смышлёной и любознательной.


Слабость ещё давала о себе знать. Чтобы полностью восстановиться, Саре приходилось много спать. Девочке быстро надоедало это занятие, но стоило сесть, как у неё тут же начинала кружиться голова, и она невольно снова принимала горизонтальное положение. Чтобы развлечь дитя, Колуэлл рассказывал ей те сказки, которые помнил сам. В глазах Сары Джон читал, что она не понимает, что такое «птичка», «кролик» или «лиса», поэтому ему приходилось перекраивать старые истории на новый лад. Он долго ломал голову, кем из пост-ядерной фауны заменить добрых зверушек, и так и не придумал, остановившись на довольно общем понятии «люди». Зато замена волку нашлась легко – в каждой истории это был огромный рад-скорпион. Сара пряталась под одеяло каждый раз, когда в «Трёх людях и рад-скорпионе» хвостатый монстр пытался сдуть ветхие хижины, и неизменно улыбалась, когда в конце он падал в костёр.


Через неделю она попыталась встать. Свесив ноги с дивана «Хайвеймена», она оттолкнулась от кузова…


…и упала. Старик бросился к ней. Лежащая в пыли девочка удивлённо смотрела на отказавшиеся подчиняться ноги.


Джон взял её на руки. Её колени согнулись безвольно под действием силы тяжести, будто два механических шарнира. На глазах девочки выступили слёзы, она начала вырываться, требуя, чтобы Колуэлл снова поставил её на землю. Опираясь на него, Сара снова попробовала встать на ноги.


Она падала раз за разом. По грязным щекам текли солёные ручьи, на коленях и локтях появились синяки, но Сара не сдавалась. Джон хотел как-то помочь ей, но она лишь со злостью отталкивала Странника, пытаясь встать самостоятельно. Старый инженер не находил себе места, смотря как мучается ребёнок, но он был бессилен. Похоже, что яд скорпиона парализовал ноги девочки, сделав её калекой. Джон не знал, как помочь Саре – он даже не мог придумать, как объяснить ей это.


Когда закатное солнце начало опускаться за горизонт, Сара прекратила попытки. Она сидела перед машиной и плакала, уткнувшись в колени. Рядом с ней в пыли валялись все конфеты, которые нашлись в багажнике «Хайвеймена». Давно на сердце у Коллуэла не было так тяжело.


Джон подошёл к ребёнку и сел рядом. Сара опустила голову ему на плечо. Откинувшись на старый атомоход они смотрели, как алый диск погружается в чёрную кромку Пустошей.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Джон пересчитал связанных за хвосты крыс. Шесть штук. Грызуны попались на удивление упитанными – даже огромными. Если высушить мясо, его хватит дней на пять, а то и на неделю.


— Отличный улов, Мэри! А у меня только парочка. Похоже, охотник из тебя лучше, чем из меня.


— Мне просто повезло, — улыбнулась ему супруга, — да и юность среди скаутов не прошла даром. Думаю, в этом корыте мы больше сегодня не наловим.


— Согласен. Вернёмся обратно в рубку!


Супруга закинула улов за спину, и они полезли по ржавой лестнице вверх. Когда оба почти выбрались, одна из ржавых скоб отвалилась вместе с куском стены, и Мэри полетела обратно в трюм выброшенного на берег корабля. Гнилой пол под ней с треском провалился. Женщина, ободрав правое предплечье о металлический край, исчезла в темноте.


Ладони погрузились в мягкую тёплую грязь. Вокруг царила кромешная тьма, и только сверху из дыры пробивался солнечный свет. Отвратительно пахло гнилой рыбой, водорослями, сыростью. Пошарив вокруг себя, Мэри не нашла ни связку крыс, ни своё копьё, и выругалась.


— Мэри! – испуганный голос мужа звучал как будто за тысячу миль от неё. – Ты жива? Не двигайся, я вытащу тебя оттуда!


Женщина вытащила из-за пояса один из фальшфейеров и дёрнула за верёвку. Пиропатрон зашипел, осветив всё вокруг алым пламенем. Она попала в полузатопленное помещение. По стенам и потолку расползалось огромное количество труб, в центре высились, вероятно, силовые установки. Ступни скрывала тёмная склизкая дрянь. Мэри стало не по себе, хотя за годы странствий по Пустоши она видела куда более жуткие картины.


— Я в порядке, милый, — откликнулась она. – Вроде, ничего не сломала. Это какая-то техничка, судя по всему.


— Я вижу тебя! Ты на несколько этажей ниже. Сейчас, я спущу верёвку…


Край потёртого каната повис в нескольких метрах над её головой.


— Чёрт, Мэри, я не могу опустить её ниже! Погоди, я спущусь к тебе.


— Дай мне немного времени осмотреться.


Она поводила факелом вокруг себя, чтобы оценить обстановку. По трубам вокруг можно забраться на непонятные устройства, а с них, если постараться – допрыгнуть до верёвки.


Со второй попытки ей удалось залезть на один из огромных металлических цилиндров. Она встала и отряхнулась от ржавчины и грязи. Подошвам босых ног было приятно ступать по гладкому и тёплому металлу. Дыра была в каких-то полутора метрах от неё. Мэри положила догорающий пиропатрон к ногам, глубоко вздохнула, и прыгнула вперёд. Руки крепко схватили толстый канат. Дождавшись, когда верёвка перестанет раскачиваться, она сжала зубы и полезла вверх.


Джон вытащил жену, как только смог дотянуться до неё. Измазанная кровью и грязью, Мэри тяжело дышала.


— Ну вот, потеряла я наши запасы. Так что теперь у тебя на две крысы больше, добытчик.


Джон не отпускал Мэри из объятий несколько минут.


— Никогда так не делай больше. На секунду мне показалось, что я тебя потерял, и я чуть сам не прыгнул за тобой от отчаяния.


— Всё в порядке, я просто неуклюжая корова. Надо было внимательно смотреть, куда лезу. Ладно, пошли отсюда.


Через полчаса они были в рубке. Джон обработал раны Мэри. Она решила отдохнуть от приключений, а Колуэлл отправился прогуляться близ покоящегося на мели корабля.


Босые ноги утопали в мокром песке, на который лениво накатывали морские волны.


Морской бриз выветрил затхлые запахи трюма. Шелест прибоя успокаивал. Джон закрыл глаза и наслаждался тем, как ветер ласкает его загорелое лицо. Чего-то не хватало… Точно, не было криков чаек. От радиоактивной пыли птицы погибли почти повсеместно.


Когда он вернулся в рубку, Мэри сидела в за столом и рассматривал карты. На приборной панели перед ней лежали полуистлевшая толстая тетрадь, компас и атлас. Повесив крыс на торчавшую из стены арматуру, Джон обнял жену.


— Я поймал ещё несколько грызунов поблизости. А у тебя как дела?


— Нашла бортовой журнал. Кажется, это какой-то допотопный советский ледокол. Ума не приложу, как его могло выбросить на восточное побережье…


— Ушибы не сильно болят?


— Правое плечо ноет, синяк будет большой. Раны на всякий случай промыла морской водой.


— У тебя в роду точно были амазонки.


— Йод закончился! Придумал, куда двинем дальше?


— Да… дальше на юг идти нет смысла. Скорее всего, Флорида стёрта с лица земли. Перед Джексонвилем двинемся на запад. Надвигается шторм, у побережья становится небезопасно, поэтому предлагаю попытать удачу в глубине континента. Может быть, там мы сможем найти кого-нибудь…


— Мы уже нашли однажды.


— Не напоминай! Не знаю, в какой дыре пересидели взрывы те выродки, но лучше бы они оттуда не вылезали. Это уже не люди, Мэри, это безмозглые варвары, приматы. С ними нельзя найти общий язык.


— Помню, помню. Если бы не пистолет, мы бы тогда стали обедом. Впрочем, выжившим теперь пищи надолго хватит.


— Жаль, что пришлось потратить на них половину обоймы. Я так и не смог найти новых патронов… чёртово антиоружейное лобби, в восточных штатах любой ствол редкость!


— Ничего страшного. Попытаем удачи в Техасе…


Ноги Мэри подкосились и она отшатнулась к стенке. Джон успел поймать её за талию и взволнованно спросил:


— Эй, у тебя всё в порядке?


— В глазах потемнело… и подташнивает. Похоже, я подхватила морскую болезнь, – она слабо улыбнулась. – Скорее всего, перегрелась на солнце.


— Бедолага… — Джон подхватил жену на руки и отнёс к спальникам. – Отлежись в прохладе, а вечером выдвинемся в путь. Сейчас принесу тебе воды.


— Спасибо, дорогой. Как хорошо, что ты рядом…


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


***


Сара сидела на крыле «Хайвемена» и увлечённо смотрела, как Колуэлл копался под капотом атомобиля. Рядом с машиной стояло самодельное инвалидное кресло. На многие мили вокруг простирались высохшие соляные озёра Невады.


— … а вот это называется триод, – старик передал девочке небольшую стеклянную колбу с штырьками. – Он нужен для того, чтобы стабилизировать напряжение реактора. Без этой маленькой штучки наши ходовые двигатели сгорят в один момент.


Она взяла лампу и повертела её в руках.


«Забавная», — прочитал Джон в комбинации жестов придуманного ими языка.


— Довольно редкая штука, – ответил ей Странник. — У нас есть парочка запасных, но лишними они не бывают.


«Как и всё в Пустоши. Кроме неприятностей», – улыбнулась девочка.


Колуэлл вернул деталь на место.


— Не устала ещё от моих рассказов?


«Нет. Мне нравится тебя слушать. Интересно. Посмотри, что я собрала».


Сара вытащила из набедренной сумки небольшую смотанную проволокой коробочку, из которой торчали два провода. Она протянула контакты Джону.


«Подключи к питанию».


Колуэлл сунул оголённые концы проводов в свободный разъём. Девочка нажала на кнопку, и из коробочки сквозь треск и шелест полилась музыка. Старик не слышал её с довоенной поры.


— Синатра…


Сара положила самодельный электрофон перед ним и сделала несколько пассов руками.


«Подарок».


Джон думал, что десять лет в Пустошах высушили его слёзы, но ошибался.


«Сегодня ровно год, как ты спас меня, Отец. Прости, что от меня мало пользы. Я научусь делать вещи больше».


— Ты лучшее, что я когда-либо находил в Пустоши, Сара, – старик обнял девочку. – У меня тоже есть кое-что для тебя. Садись в машину.


Девочка ловко извернулась на крыле и, схватившись за крышу «Крайслиса», скользнула внутрь атомобиля через окно. Джон убрал коляску в багажник, подошёл к Саре.


— Двигайся! Сегодня это моё место.


Глаза Сары округлились, но она выполнила приказ отца, переместившись за руль. Мужчина сел рядом.


— Снова дать тебе возможность ходить я, увы, не в силах. Зато могу научить ездить. Хочешь попробовать?


«Я не смогу!» — ребёнок был напуган и заинтригован одновременно. – «Как нажимать тормоз и газ?»


— Я это предусмотрел. Приглядись!


Сара опустила взгляд под руль и заметила, что к обеим педалям были приделаны тяги, уходившие под приборную панель.


— Повышать напряжение в двигателях, увеличивая скорость, теперь можно с помощью вот этого рычага. – Джон показал на торчащую справа от руля трубу с набалдашником. Чтобы тронуться, сначала поверни ключ в замке зажигания. Слышишь, как загудел под капотом проснувшийся реактор? Теперь нажми на ту кнопку с надписью «Ride» и немного опусти рычаг. Давай, не бойся!


Двигатели взвыли, и атомобиль резко дёрнулся вперёд.


— Полегче, гонщица! Здесь 200-сильные электромоторы, с ними нужно работать более плавно. Почувствуй, как рычаг влияет на скорость. Попробуй немного порулить. Тут не во что врезаться – смелее!


Тяжёлый «Хайвеймен» летел по дну высохшего озера словно древний линкор. Из-под колёс вылетала соль, а стрелка спидометра медленно ползла к отметке в шестьдесят миль в час.


— А теперь притормози! Для этого потяни на себя вот эту ручку. Только чуть-чуть, иначе нас занесёт!


На этот раз Сара была аккуратней. «Крайслис» плавно сбавил скорость.


— Пока ты держишь тормоз, колодки мешают колёсам вращаться, и машина замедляется. Чем больше натянута ручка, тем сильнее прижаты колодки. Если хочешь снова разогнаться, отпусти тормоз и добавь газа. В общем-то всё. Следи за показаниями приборов: важнее всего индикатор нагрузки. Если стрелка в красной зоне, значит с реактором что-то не так. Об этом я расскажу тебе позже, а пока – можешь делать что хочешь. Покатай своего старика!


Сара моментально освоилась с управлением трёхтонной махиной. С лица девочки не сходила счастливая улыбка, когда она маневрировала между воображаемыми препятствиями или тормозила с заносом. Она словно слилась с ржавым атомобилем и смаковала власть над мощью стального скакуна. Впервые за это время Сара забыла о том, что она калека. Вместо ног на несколько часов у неё выросли крылья.


Они катались до самого заката. Горячий от долгой гонки «Крайслис Хайвеймен» остановился. Джон вышел из машины, чтобы достать из багажника спальные мешки. Когда он вернулся, Сара уже спала, облокотившись на руль. Он укрыл её, а сам забрался на крышу атомобиля и расстелил спальник. Старик лежал на спине и смотрел на только появляющиеся в вечерних сумерках звёзды.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


От боли Мэри стиснула зубы так, что из десён начала сочиться кровь. Она старалась не закричать, чтобы не разбудить Джона. Иначе он опять будет бегать вокруг в бессильных попытках облегчить её муки. Это будет уже четвёртая ночь без сна. Мэри старалась перетерпеть в надежде, через несколько минут боль снова отхлынет.


Её выдал кашель. Громко отхаркивая кровь, она согнулась пополам от судорог. Лежащий рядом муж моментально вскочил на ноги и бросился к супруге.


— Я в… порядке, – прохрипела женщина, приподнимаясь с кушетки на локтях. – Ничего страшного, просто в горле запершило.


— Вижу… руки в крови. Мэри, давай ты примешь ещё обезболивающего? – Джон достал из рюкзака пачку медикаментов. На ладонь выкатилось несколько таблеток.


— Это последние. Давай припасём их.


— Я найду ещё. Завтра я пойду в город и отыщу аптеку. Там будет лекарство.


— Джон! Перестань нести чушь. Ты прекрасно знаешь, что даже до Войны от такого облучения не было лекарства. Не вижу причин, почему оно должно появиться после. Если ты отправишься в город, у нас будет двое умирающих.


— Но я не могу смотреть, как ты страдаешь!


— Рано или поздно это должно было случиться… Обещай мне, что не будешь делать глупости, когда меня не станет.


— Не говори об этом. Чёрт возьми, ты ещё жива! Я не хочу оставаться один в этом проклятом мире, без тебя!


— Я буду с тобой. Здесь, – она коснулась груди Джона, а затем его головы, – и здесь. Не забывай обо мне, и я всегда буду рядом.

Он по привычке погладил её по голове. На руке осталась прядь выцветших рыжих волос. Из покрасневших от бессонницы глаз Джона хлынули слёзы, и он, рыдая, обнял супругу.


— Почему это случилось с тобой, а не со мной?


— Это как раз к лучшему. У тебя больше шансов довести наше дело до конца. Найди других выживших. В убежищах или на окраинах… где-то должны остаться разумные люди. Мы не могли остаться одни. Пообещай мне, что будешь продолжать искать.


— Зачем мне они, если не будет тебя?


— Обещай!


— Хорошо… Я буду искать, пока не сдохну в этой проклятой Пустоши от радиации и одиночества. Ради тебя.


— Мне нужно, чтобы ты сделал ещё кое-что. У нас остались патроны к пистолету?


— Что? Зачем тебе… не-ет, замолчи! Даже слышать этого не хочу!


— Джон, мне становится хуже и хуже. Я всё равно долго не протяну. Каждый час болезнь гложет меня изнутри, и обезболивающие уже не помогают. Не знаю, сколько ещё я смогу быть в сознании. Сделай мне последний подарок…


— Нет! Ни при каких обстоятельствах, нет! Я не стану убивать тебя, даже если ты будешь умолять об этом! Мэри, я люблю тебя больше всего на свете!


— Скоро я буду корчиться в муках и кричать от боли. Сколько ещё выдержит моё сердце – несколько часов, сутки, двое? Тебе придётся смотреть на это, потому что я знаю, что ты не бросишь меня. Джон, я прошу, будь милосердным к нам обоим и поставь точку, пока это не началось. Я очень не хочу, чтобы последним в этом мире для меня стала агония.


Он отшатнулся от неё, как от призрака. Она и была сейчас больше всего похожа на призрак – впалые щёки, серая, покрытая пятнами кожа, выпадающие волосы. Радиация не пощадила Мэри. Но Джон не видел всего этого – для него она оставалась той красавицей, в которую он влюбился с первого взгляда.


Колуэлл бродил по комнате разрушенного загородного дома, бессмысленно смотря на стены. Жена сидела на кушетке, откинувшись на спинку. Время от времени ночную тишину нарушал задыхающийся кашель. После очередного приступа Джон не выдержал, вытащил из потёртой кабуры пистолет и направил на Мэри.


Несколько минут он стоял, держа оружие на вытянутых дрожащих руках. Из зажмуренных глаз текли слёзы. Потом он бросил пистолет на пол и сел на кровать, обхватив голову руками.


— Прости меня, Мэри, я… я тряпка, всегда был тряпкой. Я не могу нажать на спусковой крючок.


— Иди сюда, милый, – обхватила она его плечи и положила голову ему на плечо. — Всё в порядке. Это правда была глупая затея, её родил мой подкошенный болезнью разум. Минутная слабость. Прости меня. Есть идея получше. Помнишь, я бросила курить ради тебя в институте?


— Конечно помню, солнце…


— Пара сигарет скрасят оставшееся мне время. Ты же не будешь на меня сердиться, если я закурю напоследок? Я видела пачку «Весёлого Ковбоя» в кухонном ящике на первом этаже…


— Всё, что угодно, любимая. Сейчас, одно мгновение, я принесу тебе сколько угодно!


Поцелуй Мэри был долгим и глубоким, как самый первый. На губах Джона осталась кровь. Вскочив на ноги, он бросился к лестнице и побежал по ступенькам вниз.


Оказавшись на кухне, он начал открывать все ящики подряд. Слабый лучик фонаря с ручной подзарядкой выхватывал пыльную посуду, полуразложившиеся картонные коробки, жестянки… Ага, вот оно! Обрадованный Джон схватил мятую пачку довоенных сигарет и повернулся обратно к лестнице.


Раздался выстрел. Рука Джона инстинктивно метнулась к кобуре на поясе. Колуэлл побелел. Фонарик упал на грязный кафель и погас.


Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout,Fallout Other,Пыль и Ржавчина,Highwayman


* * *


Продолжение, как обычно, следует, несмотря ни на что =)

Развернуть

Fallout новости Fallout Other ...Fallout фэндомы 

Медали за рейтинг

Был подкорректирован порог выдачи медалек за рейтинг. Сейчас он выглядит так:

Fallout новости,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы

Как житель убежища, вы получаете свой костюм (10 рейтинга) (ранее 20)
Fallout новости,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы

По достижении совершеннолетия все жители убежища получают свой персональный Пип Бой (20 Рейтинга) (ранее 50)
Fallout новости,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы

Вы познали суть пустоши (50 рейтинга) (ранее 150)
Fallout новости,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы

Путешествуя по пустошам вы нашли свою первую силовую броню (100 рейтинга) (ранее 300)
Fallout новости,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы

Всегда хорошо найти верного друга в постъядерном мире (200 рейтинга) (новая)

Развернуть

Fallout Other рассказ story Пыль и Ржавчина Highwayman Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Пыль и Ржавчина. Часть 2.

По просьбам читающих выкладываю продолжение предыдущей части рассказа.


* * *


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout

У ребёнка был жар. Юный организм безуспешно пытался сопротивляться яду. Температура росла, девочку постоянно тошнило, мышцы сокращались от судорог. Для превращения жертвы в живые консервы требовалось больше отравы, чем успел впрыснуть под кожу рад-скорпион, однако её вполне хватало, чтобы убить организм со слабым метаболизмом.


Джон выбросил хлам с заднего сидения «Хайвеймена» и положил туда девочку. Не требовалось диплома врача, чтобы понять: у спасённой от монстра оставались считанные часы. Но Колуэлл не собирался сдаваться так просто. Жизнь в пустошах кое-чему научила его.

Старик решил оставить её на какое-то время. Это было рискованно: вдруг поблизости окажется ещё одна тварь? Но выбора не было. Смочив из фляги оторванный рукав рубашки, Джон сделал девочке компресс. Запер машину, снова достал спасший его недавно нож и пошёл обратно к пожарищу.


Из-за температуры рядом с горящим амбаром было невозможно стоять. Слышно было, как лопались внутри многочисленные скорпионьи яйца и падали обугленные доски. Раскалённый трактор дымился.


Наконец, среди пыли и сажи старик увидел то, что искал – раздавленного им раньше детёныша рад-скорпиона. Колуэлл пошёл к нему, но в нескольких шагах от трупа температура стала невыносимой. Он лёг на землю и пополз вперёд, закрывая лицо локтями. С каждым дюймом дышать становилось всё труднее и труднее. Когда борода начала пахнуть палёным, рука Колуэлла нащупала что-то липкое и горячее. Схватив мерзость, он из последних сил откатился прочь от полыхавшего перед ним ада.


Он не знал, сколько времени пролежал на земле, глядя в пустое жёлтое небо и прижимая к груди дохлого рад-скорпиона. Время шло, но сил встать не было. Когда дыхание выровнялось, Джон, превозмогая боль и усталость, сел на колени. Голова болела и кружилась от дыма. Ещё один рывок – и вот он уже на ногах. Шатаясь, он побрёл к атомобилю.


Свежий воздух вдали от пожара придал сил. Опираясь на крыло «Хайвеймена», он добрался до багажника. В мутном потоке сознания Джона мелькали мысли: «Где-то здесь валялась бутылка со старым виски… Ага, вот она. Довоенный Джек Дэниэлс, ещё нераспечатанный». Он припас его на годовщину свадьбы, но сейчас им придётся пожертвовать.


Джон отрезал хвост от ошмётков тельца рад-скорпиона и выбросил труп в кусты. На ржавом капоте он покромсал жало на небольшие кусочки, откупорил виски и запихнул их через горлышко в бутылку. Взболтав содержимое, Джон склонился над умирающей девочкой и приложил сосуд к её губам.


Колуэлл поил ребёнка противоядием каждые полчаса. Он не знал, доживёт ли она до следующего приёма антидота. Поначалу её самочувствие улучшилось, но через час рвота усилилась, а температура снова подскочила. Джон перевернул её на бок, чтобы она не захлебнулась, и менял компрессы, когда те высыхали. Запасы воды подходили к концу, но он не считал капли.


К ночи девочке стало совсем плохо. Она практически не дышала и лишь изредка тихо постанывала. Снятый с радиатора «Хайвеймена» датчик температуры, который старик приложил ко лбу ребёнка, выводил на экран неутешительную цифру в 106 градусов по Фаренгейту. Если он не найдёт быстрый способ сбить температуру, девочка не доживёт до ночи.


«Что же делать… Чёрт возьми, Колуэлл, ты не медик» — клял он себя, сжав зубы и упёршись кулаком в лоб. – «Ты не медик, но ты чёртов инженер. Докажи, что не зря просиживал штаны в МИТе, сделай уже что-нибудь. Нужно достать что-то холодное, но откуда его взять посреди долбанной пустыни!»


От злости старик ударил кулаком по приборной панели «Крайслиса». Экран «Хайвеймена» моргнул, и на нём появилось сообщение: «Система охлаждения исправна и готова к работе». Джон уставился на монитор.


— Дьявол, вот оно! – закричал он, подпрыгнув на сиденье. – Я идиот!


Вооружившись несколькими гаечными ключами и мотками трубок, Джон полез под капот. Он резал и кромсал, стягивал резиновые кишки и металлические трубы хомутами. Отсоединял клеммы, а где не мог – рвал провода. По локоть в машинном масле, он напоминал безумного хирурга, который делал полевую операцию.


Через некоторое время девочка лежала, укутанная сотней пластиковых капилляров, а над ней висел снятый с ходовых двигателей вентилятор, наспех прикрученный к крыше проволокой. Джон завёл атомоход. Пропустив несколько сообщений о неполадках, он нажал на педаль.


Чем сильнее грелся ядерный реактор под капотом, тем эффективнее работала система охлаждения. Джон постепенно увеличивал нагрузку. Ходовые электродвигатели были отключены: чтобы обмануть компьютер, Колуэлл замкнул контакты. Через несколько минут по трубкам вокруг ребёнка начал струиться прохладный фреон, а лопасти над головой создавали движение воздуха. Сам того не зная, «Хайвеймен» спасал дитя. Нужно было погонять атомоход в таком режиме хотя бы несколько часов, чтобы организм девочки взял ситуацию под контроль.


Проблема была лишь в том, что реактор нагревался сильнее и сильнее, так как вся система охлаждения была пущена в обход двигательного отсека. Каждая секунда работы атомобиля без хладагента увеличивала шансы на выживание девочки, но сокращала жизнь «Крайслиса». Компьютер «Хайвеймена» просто сошёл с ума: несмотря на то, что все вентиляторы функционировали при максимальной нагрузке, температура реактора продолжала расти. Когда сработали аварийные термостаты, компьютер попытался отключить реактор, но смог лишь вывести очередное сообщение об ошибке: предусмотрительно снятое реле лежало в кармане у Колуэлла.


На приборной панели начала мигать лампа перегрева. Джон помнил инструкцию: в ней нарисованный человечек выпрыгивает из атомобиля, а на следующем кадре убегает от ядерного грибка. Странник перешёл ту черту, когда реактор не просто работал на износ, но мог в любой миг начать разрушаться.


«Ещё десять минут, – как мантру шептал Джон сам себе, – нужно дать ей чуть-чуть времени. Держись… Держись!»

Когда он отпустил педаль, капот дымился. Пахло расплавленной проводкой. Бортовой компьютер перестал тратить время на вывод сообщений о повреждениях и просто горел алым значком радиации. Затухающее гудение переходящего в спящий режим реактора сопровождалось потрескиванием остывающего металла.


Джон повернулся к девочке и склонился над ней. Покрытая трубками грудь размерено вздымалась, дыхание было ровным. Ребёнок тихо спал. Откинувшись на спинку водительского сиденья, Странник последовал её примеру.


* * *


То, что изначально Убежище разрабатывалось под проживание нескольких сотен человек, имело свои плюсы и минусы. Запасов еды и медикаментов было достаточно, но поддержание в работоспособном состоянии даже основных систем требовало огромного количества сил и времени. Впрочем, чего-чего, а последнего у них было в избытке.


Они довольно быстро смирились с мыслью, что планета сгорела в пламени ядерной войны. В конце концов, не так уж много связывало их со старым миром: они находили утешение друг в друге и в библиотеке Убежища. Гораздо больше угнетало абсолютное отсутствие информации о том, что творится на поверхности. Сгинувшее правление института решило сэкономить на внешних датчиках, поэтому Джон и Мэри словно находились в футляре: они были слепы и глухи к внешнему миру. Единственной оставшейся ниточкой было радио. Но оно издавало только треск помех.


— Тебе не кажется, что самое время подумать о семье? – спросила его Мэри, передавая отвёртку. От неожиданного вопроса Джон выронил плату, которую собирался установить в вычислительный центр.


— Я думал, что ты не хотела детей. Довольно странное время для того, чтобы вить гнёздышко на обломках погибшей цивилизации, не считаешь?


— Знаешь, это было до того, как я осталась последней женщиной на Земле.


— У нас нет уверенности в этом. Возможно, где-то есть ещё выжившие…


— Не будь занудой. Точной информации об этом нет и, вероятно, никогда уже не будет. Нужно отталкиваться от того, что кроме нас никого не осталось. А в этом случае нам ничего не остаётся делать, как выживать, плодиться и размножаться.


— Аминь. Но через несколько поколений кровосмешения начнётся генетическая рецессия. А запасы пищи кончатся ещё раньше…


— Рано или поздно нам придётся выйти. Но если это сделают наши дети, то у них гораздо больше шансов выжить во внешнем мире.


— К тому моменту, когда уровень радиации снизится, мы уже будем слишком стары. Если мы научим их всему, что знаем, у них будет больше шансов найти других людей. Наверняка же есть другие Убежища… Да, в этом есть смысл.


— Выходить наружу сейчас – самоубийство. А сидеть просто так, сложа руки – бессмысленно.


— Согласен. А ведь ещё несколько лет назад ты хотела посвятить себя науке, с насмешкой смотрела на молодых мамаш!


— Если мы не возьмёмся за дело, очень скоро наукой заниматься будет просто некому.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *



Джон кормил её разведённым сухим молоком и вяленым мясом. Поев немного, она проваливалась в пучину беспамятства. Слабость от сильного отравления давала о себе знать. Старик следил за девочкой, хотя опасность миновала: ей просто необходимо было время на восстановление. Дитя дремало тихо, лишь иногда посапывая. А в это время Дасти Колуэлл ремонтировал «Хайвеймен».


Тяга от трактора встала почти без переделок. А вот с реактором пришлось повозиться. Остатки хладагента в рубашке охлаждения выкипели, серьёзно повредив её. Повезло, что не пострадала внутренняя оболочка ядерного котла: в этом случае были бы утечки радиации. Вооружившись сваркой, он начал латать свой старый атомобиль.


Вечером третьего дня Джон приладил последнюю трубку. Облегчённо вздохнув, он захлопнул огромный капот. Девочка сидела на заднем диване и удивлённо осматривалась по сторонам, прижимая к груди ветхое одеяльце.


Джон обошёл машину сбоку и открыл дверь. Ребёнок испуганно натянул одеяло на голову.


— Не бойся меня. Я друг. Всё позади. – тихо сказал Колуэлл, протягивая к ней руку.


Она осторожно опустила ветошь чуть ниже глаз.


Старик разжал кисть. На ладони лежал леденец. Девочка перевела взгляд на конфету, затем – снова на Колуэлла. Он поднёс сладость ближе, но ребёнок отшатнулся, упершись спиной в дверь. Судя по всему, дитя войны никогда не видело сладостей.


Джон взял конфету двумя пальцами. Луч солнца за спиной мужчины заставил прозрачный леденец вспыхнуть жёлтым огоньком. Девочка завороженно смотрела на этот кусочек заставшего сахара. Старик открыл рот и медленно положил его на язык, после чего сделал довольное лицо, причмокивая.


— М-м, вкусно! – сказал он и достал ещё одну конфету, которую снова протянул девочке.


Та, не сводя глаз со старика, вытащила из-под тряпок руку и быстрым движением схватила леденец, отправив его в рот. Глаза ребёнка расширились от неведомого ранее вкуса.


— М-м-м! – раздалось из-под одеяла. Через секунду оттуда снова высунулась рука. Протянутая ладошка явно требовала добавки. Контакт был налажен.


 . . . .... - ' V V . : ■ ... \ м . • •:. ... . ’■ • *. *,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


— Ты уверена, что нам стоит это делать? – Джон стоял перед панелью управления герметичными дверями Убежища. – Мы абсолютно ничего не знаем о том, что творится снаружи.


— У нас нет выбора. Если я не забеременела за эти три года, то не смогу и потом. Состариться и сдохнуть в этом склепе я не хочу. Надо хотя бы попытаться найти других выживших.


— Но уровень радиации над нами может быть смертельным.


— У нас есть защитные костюмы.


— Если бомбы взорвались у нас над головой, они нам не сильно помогут. Я считаю, что нам надо остаться и подождать.


— Сколько? Ещё пять лет, десять, двадцать? Джон, я не знаю, что творится наверху, но готова ручаться, что там сейчас не Диснейленд. Пока мы ещё молоды и сильны, нужно попытаться выбраться отсюда. Я не заставляю тебя идти со мной, можешь оставаться в Убежище. Если я увижу, что снаружи находиться нельзя, вернусь.


— Я не отпущу тебя…


— Тебе придётся привязать меня!


— …одну. Лучше сдохнуть наверху с тобой, чем жить под землёй без тебя.


— Спасибо, Джон. Без твоих рук и светлой головы шансы мои невелики.


— Нужно хорошенько подумать, что мы возьмём с собой…


— Я уже собрала два рюкзака.


— Чёрт возьми, Мэри, ты ведь знала, что я пойду с тобой при любом раскладе?


— Конечно знала, Джон.


— Значит, всё готово? Карты, консервы, аптечка?


— С собой. А также фальшфейеры, верёвка, рации, пять фляг с водой, спички и всё остальное с последней страницы «Вестника скаута» — кстати, его я тоже с собой захватила.


— У нас есть какое-нибудь оружие?


— Я нашла пистолет и полную обойму. Вроде бы здесь должна быть оружейная, но её, кажется, пустили под ускоритель частиц.


— Неплохо, хотя я бы предпочёл винтовку.


— Ты думаешь, наверху ещё осталось хоть что-то живое?


— Не знаю, но хочу встретиться с этим живым не безоружным.


Они некоторое время постояли молча перед дверью убежища, напоминавшей гигантскую шестерню. Потом Джон вздохнул.


— Нет смысла больше тянуть. Здравствуй, новый мир! – и нажал большую кнопку.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Продолжение, если оно кому-то нужно, следует. Мысли и впечатления, как обычно, приветствуются =)

Развернуть

Fallout новости Fallout Other Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Свои рассказы на конкурс постити под тегом "Конкурс рассказов fallout.reactor.cc"

Развернуть

Fallout Other рассказ story Пыль и Ржавчина Highwayman Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Пыль и Ржавчина.

В рамках конкурса решил достать из закромов свой рассказ по оригинальной дилогии фоллаута и поделиться им с населением Джоя. Не знаю, зайдёт или не зайдёт, но я буду крайне доволен, если его хотя бы кто-то осилит и оставит фидбек. Ну, без долгих предисловий...

Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Геккон на этот раз попался старый и жёсткий. Джон запил жареное мясо водой из фляги, закидал кострище песком и пошёл к машине. Грязно-серый «Крайслис Хайвеймен» стоял среди Пустоши. Три из четырёх фар были разбиты, радиаторная решётка оскалилась кривыми обломками металла. Массивные плавники заканчивались треснувшими стоп-сигналами, крышка багажника давно потерялась в странствиях. На огромном капоте красовался шильд с рекламным слоганом: «Ничто не остановит Хайвеймен».


Джон провёл рукой по шершавому кузову. Ржавый металл раскалился под палящим солнцем. Лет двадцать назад на эту развалину не позарились бы даже собиратели металлолома. Сейчас у Джона были все основания предполагать, что перед ним самая работоспособная машина на североамериканском континенте. Он сел за руль «Хайвеймена», хлопнул скрипящей дверью и повернул в замке ключ зажигания. Спящий ядерный реактор перешёл в активный режим, загудела система охлаждения. Бортовой компьютер вывел на экран основные показатели. Хозяин машины быстро пробежался взглядом по столбцу зелёных чисел и остался ими доволен. Если продолжать ездить в обычном режиме, топлива ему хватит лет на десять. А это значительно больше того срока, который рассчитывал прожить Джон. Он нажал на педаль, и атомобиль ожил.


* * *


— Здесь свободно?


— Что?! – от прикосновения чужой руки Джон Колуэлл моментально проснулся. – Я сдам лабы на следующей неделе, мистер Клауд…

Джон надел свалившиеся на стол очки и замолк на полуслове. Вместо пожилого профессора перед ним стояла студентка. Она сделала вид, будто не услышала предыдущий вскрик.


— Через пару минут звонок. Ты не против, если я сяду рядом?


Джон окинул взглядом полупустую аудиторию и промямлил:


— Да, почему бы и нет…


Незнакомка бросила сумку с учебниками под ноги и села рядом. Рыжая грива кучерявых волос дополняла симпатичное курносое лицо в веснушках. Даже строгая институтская форма не могла скрыть спортивную фигуру и внушительную грудь. Впрочем, это было неважно – наличие любой девушки на кафедре прикладной физики было чем-то из ряда вон выходящим. Шанс же того, что она подсядет к Джону, по его подсчётам, стремился к нулю. Однако…


— Ты читал последние работы Оппенгеймера младшего? Он очень убедительно выступает в защиту мирного атома, – словно продолжила прерванный разговор студентка.


— Я… конечно… то есть… вы ко мне обращаетесь? – мысли в голове Джона играли в чехарду, перескакивая от ядерной физики к взаимоотношениям полов.


— Естественно, к тебе! Мне показалось, ты умник, а не один из этих плейбоев с экономики.


— Простите?


— Мэри. Мэри Олсон, – рыжая протянула Джону руку. – Я училась на международной экономике, но тамошние тупицы вконец достали меня. Их интересуют только две вещи: курс доллара и то, что у меня под юбкой. Трём из них я дала шанс, но как можно спать с человеком, который не знает, что такое горизонт событий?


Джон уставился на Мэри, как на инопланетянина. Разум, который на раз-два решал тригонометрические уравнения, пасовал перед самоуверенной девушкой, увлекающейся наукой. «Э, ребята, – говорил мозг Джона, – давайте тут без меня. Про это я в книжках не читал».


— Колуэлл… Джон… Дасти, — выдавил он, наконец, – то есть Джон Дасти Колуэлл. Думаю, у нас вам понравится. Тут, знаете, не лазят девушкам под, кхм…


— Не будь занудой, Джон. Я не одна из тих поехавших на сексуальных приставаниях и вовсе не против покувыркаться в постели. Просто моим подружкам важно, чтобы у парня был мустанг; мне – чтобы ай-кью больше, чем у моей морской свинки. А у меня довольно сообразительная морская свинка! – хихикнула она и подмигнула Джону.


Тот захотел вставить остроумный комментарий и даже открыл рот, но, к сожалению, на этом дело застопорилось.


— …возвращаясь к теме горизонта событий. Вы знаете… я в целом считаю, что Хокинг лучше Скорца описывает эту тему… — сказал он первое, что пришло в голову. И тут же пожалел, посчитав, что сморозил чушь.


Джон украдкой взглянул на собеседницу — та слушала его затаив дыхание. Глаза Мэри блестели.


— Ну, во-первых, — выдохнул Джон. – Оппенгеймер берёт за основу морально устаревшую математическую модель теории относительности, от которой даже Эйнштейн в итоге отказался. А тот же доктор Клауд экспериментально установил, что скорость света…


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


Старый атомобиль нёсся по пустынному шоссе сгинувшей Аризоны, поднимая за собой клубы радиоактивной пыли. Водитель устало глядел на дорогу сквозь паутину трещин на лобовом стекле и прислушивался к попискиванию счётчика Гейгера. Когда-то, до Войны, прибор вмонтировали в приборную панель атомобиля для того, чтобы следить за утечками реактора. Сейчас счётчик больше помогал отслеживать внешний уровень радиации и миновать встречные очаги.


Джон достал из бардачка выцветший бумажный атлас. Благодаря потрёпанной книжке ему удавалось огибать города задолго до того, как писк счётчика становился чаще и громче. Однако чёртова уйма уничтоженных ракетами военных объектов не была отмечена на картах. Наткнёшься на такой – и ночью в туалет сможешь ходить без фонарика. Дни твои будут сочтены. Старик Джон не боялся смерти, но не стремился к ней. В мире пыльных бурь, жажды и радиации выживание входит в привычку, становится образом жизни.


Коллуэл почесал колючую грязную бороду, и продолжил рассматривать атлас, изредка поглядывая на дорогу. «В этом районе не было крупных населённых пунктов. Можно попытать счастье здесь. Вдруг, кто-нибудь выжил… Так, в 6-14 ничего». Вытащив из-за уха карандаш, он поставил крест в один из квадратов, на которые был расчерчен атлас. Весь северо-западный угол карты походил на большое кладбище.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout



* * *

Дверь женского общежития отворилась с предательским скрипом.


— Тихо ты! – шикнула Мэри то ли на неё, то ли на Джона. – Если разбудишь мисс Бичем, она выгонит тебя взашей!


Они тихонько прокрались по длинному коридору мимо посапывающей на стуле консьержки и, дойдя до комнаты №117, скользнули внутрь. Джон потянулся к выключателю, но подруга перехватила его руку на полпути. Он удивлённо взглянул на укутанную сумраком девушку.


— Мы же пришли сюда заниматься теорией вероятности. – он сам не понял, был это вопрос или утверждение. – Завтра экзамен.


— Заниматься будем обязательно, только учебники нам на этот раз не понадобятся…


Колуэлл почувствовал, что пальцы девушки расстёгивают пряжку его ремня. Перехватив инициативу, он поцеловал Мэри, подхватил на руки и понёс к кушетке.


— Какова вероятность того, что мы завтра сдадим теорию вероятности? – она смеялась и тёрлась об него, словно кошка.


— С нашим графиком «занятий» — невелика, – усмехнулся он. – Но если мне суждено сделать выбор между ночью с тобой и дипломом инженера, боюсь, у алтаря науки нет шансов…


— Ерунда! Ты знаешь тервер лучше преподавателя, а я… у нас впереди вся ночь. Перерывы каждый час: будешь читать мне конспекты, а я выкурю пару сигарет – и по новой, до утра!


— Чертовка! – пробурчал Джон, не отвлекаясь от застёжки лифа. – Мы же договорились, что оба бросим!


— Я удивляюсь тебе, Джон Колуэлл. Ты способен собрать осцилограф из старого радиоприёмника, но при этом не можешь справиться с бюстгальтером! – лукавая улыбка Мэри блестела в ночном сумраке.


— Не уходи от темы!


Бюстгальтер отлетел в сторону, и грудь, слегка колыхаясь, сама легла в ладони.


— Хорошо, хорошо, дорогой, раз обещала, больше никаких сигарет. Мэри Олсон держит своё слово… Ах!


Через два часа они сделали перерыв, но им было не до лекций.


— Чёрт, это было классно. Выбирая между тобой и курением, я не прогадала.


— Сколько мы с тобой вместе? Год, два?


— Я познакомилась с тобой на первом курсе… Третий год, получается.


— Как быстро летит время. Будто ещё вчера слушал ту лекцию профессора Клауда. Слушай, рыжая, а чего мы ждём? Давай поженимся?


— Джей, кроме тебя, мне не нужен ни один оболтус в целом мире, но под венец до тридцати пойду, только если мир перевернётся кверху дном, я получу на завтрашнем экзамене балл выше твоего или произойдёт какое-нибудь другое невероятное событие. Ну какая из меня жена: кроме физики и секса я ничем заниматься не умею, да и не хочу!


— Как по мне, так отличная! Ладно, будь по-твоему. Физика или секс?


Она обвила его бёдра ногами, и они слились в поцелуе.


На экзамене по Теории Вероятности не выспавшаяся, но счастливая Мэри Олсон с трудом наскребла на тройку. Джон Колуэлл был отправлен на пересдачу.


* * *


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


Странник мчал сквозь небольшую рощицу из высохших, чахлых деревьев. Судя по всему, здесь когда-то был сад или фермерское хозяйство, но растительность не сумела приспособиться к новому климату. На грунтовой дороге иногда попадались пни, кустарники и камни. Мимо промелькнул полуразрушенный амбар с лежащим рядом остовом трактора, но Джон не обратил на них внимания: превратившееся в труху сено и кости скота его не интересовали. Он с тревогой вслушивался в писк счётчика Гейгера, который немного участился за последние полчаса.


Вдруг Хайвеймен подскочил на незамеченном ухабе, колёса оторвались от земли. Со скрежетом приземлившись, атомоход осел на левую сторону. Спереди появился нарастающий стук. Бортовой компьютер немного подумал и вывел сообщение: «подвеска повреждена».

Джон плюнул от досады и остановил хромающий "Крайслис". Выйдя из машины, он увидел печальную картину: левое колесо стояло под совершенно неестественным углом. Из недр багажных ящиков Странник достал домкрат. Подняв Хайвеймен достаточно высоко, Колуэлл полез оценивать поломку.


Мощный торсион подвески остался невредим, а вот верхний рычаг, на котором крепилось колесо, просто развалился от удара. У Джона была с собой портативная сварка, которая могла питаться от реактора Хайвеймена, но ржавые обломки рычага буквально распадались в труху. Как назло, подходящей железки он не припас.


В голове назойливой мухой летала идея, но Колуэлл никак не мог поймать её. Было ощущение, что он видел недавно решение этой проблемы, ещё до того, как она появилась. Только что, когда ехал мимо скрюченных стволов и заброшенной фермы… Точно! Ферма! Рядом с ней был вросший в землю трактор. В нём наверняка найдётся подходящая деталь, которую можно приварить на места оторванных креплений.


Старик выбрался из-под "Хайвеймена", достал из багажника огромный разводной ключ. Закинув его на плечо, он пошёл к амбару.

Джон протёр от пыли треснувшие очки. Когда путешествуешь по пустоши на своих двоих, а не под защитой скоростного металлического атомобиля, нужно быть готовым ко всему. Пустошь коварна и лишь на первый взгляд мертва: те существа, что пережили ядерное пекло, за несколько поколений смогли приспособиться к новому негостеприимному миру. Они стали в три раза больше и в десять – опаснее. Джону уже приходилось иметь дело с гигантскими насекомыми и животными-мутантами. В Пустоши охотник и жертва ежеминутно менялись ролями: не сожрёшь ты, так сожрут тебя.


Оглядываясь вокруг и держа наготове разводной ключ, старик приблизился к бурому от времени трактору. Судя по всему, его бросили задолго до войны, ещё когда жидкое топливо только начало дорожать. Впрочем, даже несмотря на десятилетия под открытым небом, металл был на удивление живым. Одна из мощных кованых тяг отлично подходила для ремонта "Хайвеймена". Джон накинул на головку стопорного болта ключ, потянул на себя. Как он и ожидал, за долгие годы болт прикипел к детали. Плюнув на обе ладони, Колуэлл всем весом навалился на ключ с другой стороны. Через секунду трактор сдался, болт с громким скрежетом повернулся на пару градусов. Внутри двигателя послышался странный шелест, будто древняя машина ожила от прикосновения человека. Джон моментально отшатнулся от ржавого остова. Из трещины в картере выбрался скорпион размером с кошку. Чёрный панцирь блестел на солнце, а огромный мясистый хвост с жалом на конце подрагивал и издавал стрёкот. Восемь пар алых глазок-бусинок уставились на человека. Членистоногое было готово в любой момент сделать выпад, но выжидало.


Джон на своей шкуре пробовал, насколько опасен яд даже относительно некрупных рад-скорпионов. А ещё он знал, что в гляделки у этой твари ему ни за что не выиграть. В какой-то книжке из курса общей биологии упоминалось: скорпионы паршиво видят, реагируют они больше на движение. Он медленно опустил левую руку к карману штанов, осторожно вытащил оттуда небольшой перочинный ножик и резко швырнул его. Приём удался, улетевший в канаву предмет отвлёк тварь, та бросилась в ту же сторону. Мужчина не растерялся и наотмашь ударил скорпиона тяжёлым разводным ключом. Панцирь членистоногого лопнул, забрызгав всё вокруг белёсыми внутренностями. Расплющенное паукообразное ещё некоторое время в агонии загребало лапами пыль, но скоро поджало их и затихло.

«Всё это очень плохо». – Проносилось в голове Странника. – «Пора было уходить отсюда, при том как можно скорей. Если встретишь детёныша рад-скорпиона, то поблизости наверняка будет ещё с десяток таких же, а то и сама мамаша. Скорее всего она не обрадуется, что я превратил одного из её малышей в отбивную».


Словно в подтверждение его мыслей из недр амбара послышался знакомый шелест, только гораздо более громкий.


«К чёрту трактор! Каждая секунда промедления смертельно опасна».


Нужно отходить обратно к атомоходу и уезжать отсюда, пусть даже на трёх колёсах. Судя по всему, он наткнулся на гнездо рад-скорпионов, а это не шутки.


Шелест перешёл в стрёкот. Колуэлл вскочил на ноги и бросился наутёк. За спиной раздавались щелчки взрослого рад-скорпиона, у странника не было ни малейшего желания встретиться с ним. Джон успел пробежать десяток футов, как вдруг услышал всхлип. Несмотря на опасность, он остановился как вкопанный. Стрёкот скорпиона, исходящий из руин, не прекращался. Галлюцинация? Снова этот звук! Нет, не этот, другой… но проклятые хвостатые пауки могут только шелестеть да скрежетать клешнями. Он уже слышал когда-то подобное, это…


«Плач! – осенило Джона, – это сдавленный детский плач!»


Ни секунды не раздумывая, старик развернулся на сто восемьдесят градусов и побежал обратно к амбару. При помощи ключа он раздвинул створки ворот и пробрался внутрь.


Там было жарко и темно. Глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к сумраку, и каждую секунду своей слепоты Джон ждал смертоносное жало. Однако сквозь полумрак начали проступать очертания предметов, а Колуэлл был ещё жив. Громкий стрёкот давил на мозг, отвлекал внимание. Преодолевая животный страх, человек двинулся вглубь амбара. Перед собой он держал разводной ключ.


Стены, бочки и ящики вокруг были покрыты молочно-белыми созревшими яйцами, внутри которых копошились многолапые детёныши. Скоро они вылупятся и им понадобится много еды…


Из разрушенной крыши на дальнюю стену падал луч солнца. Рассеянного света хватало, чтобы увидеть самку рад-скорпиона. По сравнению с ней недавно убитый малыш казался просто букашкой. Массивное тело было в длину футов шесть, а хвостом мамаша могла запросто достать до второго этажа. Каждая клешня исполинского членистоногого была способна расколоть голову человека.


Смертоносная грация порождения Пустоши гипнотизировала. Джон сам не заметил, как почти перестал дышать. Несколько секунд он разглядывал самку. Потом он снова услышал всхлип.


По бокам от рад-скорпиона в страшных, неестественных позах, лежали люди. Бледная кожа сильно натянута, лица искажены болью, глаза выпучены. Скорее всего, они были ещё живы, но парализованы. Спасти их надежды не было: самка накачала их ядом настолько, что никакое лекарство уже не поможет. Они пойдут на корм вылупившимся малышам.


Перед монстром лежала на спине девочка лет двенадцать. Она пыталась отползти от чудовища на локтях. Скорпион не пускал, держа её клешнёй за ноги. По щекам ребёнка текли слёзы, но она не кричала, а лишь тихо всхлипывала, в ужасе смотря на зависшее над ней жало. Самка не спеша, словно прицеливаясь, опускала хвост ниже и ниже.


Ядовитый шип коснулся бедра девочки одновременно с тем, как брошенный ключ лязгнул о панцирь чудовища. Джон не услышал крика, но дитя зажмурилось так, что он словно сам ощутил боль от укола и расползающегося по телу яда.


От неожиданного удара рад-скорпион отдёрнул хвост и выпустил девочку. Моментально развернувшись в сторону Джона, монстр попятился назад. Инструмент не нанёс паукообразному никаких заметных повреждений, но испугал порядочно.


План изначально был так себе. Джон привлёк внимание противника и бросился наутёк. Скорпион ринулся за ним. Нутром почувствовав приближение смерти, Колуэлл бросился влево. В дюйме от его плеча мелькнуло жало. Впереди он заметил одну из вертикальных несущих балок, на которой держалась кровля. Времени размышлять не было, от следующего выпада он спрятался за ней. Хвост скорпиона описал в воздухе дугу и с размаху воткнулся в трухлявое дерево. Джон отпрыгнул от столба, а самка дёрнула хвост, выдрав жало с куском древесины. Старик, спотыкаясь, отступал. Мамаша снова занесла хвост для удара, как вдруг подкосившаяся балка скрипнула и рухнула на членистоногое. Сверху грохнулось несколько листов железа. Это не убило чудовище, но чтобы выбраться из завала, ему необходимо некоторое время. Колуэлл уткнулся спиной во что-то твёрдое и машинально развернулся. Перед ним стояла закупоренная бочка. Между скорпионьих яиц едва читался выцветший оранжевый треугольник.


Джон не поверил своей удаче. Вытащив из-за голенища сапога длинный нож, он проткнул резервуар. Из него начала бить струйка с характерным запахом. Как он и предполагал, это оказалась топливо. Проделав в бочке ещё несколько дыр, он перевернул её и пинком отправил в сторону завала, из-под которого выбирался рад-скорпион. Странник вытащил из нагрудного кармана зажигалку, несколько раз чиркнул кремнем. Искра упала в лужу горючего у ног. Пламя побежало догонять бочку.


Завал моментально превратился в огромный костёр. Объятый пламенем Рад-скорпион вырвался из-под обломков и начал крутиться на месте, пытаясь найти выход из кольца огня. Он пищал и свистел от ожогов, скрежетал клешнями, но без толку. Тем временем огонь добрался до сухой соломы – через минуту заполыхал весь амбар. Закрывая лицо руками, Джон пробежал мимо корчащегося в муках скорпиона, взял на руки отключившуюся девочку и выбежал из горящего здания. Он слышал, как за его спиной оно обрушилось, похоронив под обломками и парализованных людей, и самку рад-скорпиона с её многочисленным выводком.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


— Профессор Клауд нас ненавидит, – пробурчала Мэри. Она сидела на чертёжном столе и болтала босыми ногами. – Он завидует тому, что у тебя молодая и красивая жена.


— Ерунда, с чего ты взяла? – ответил Джон, не отвлекаясь от показаний десятков приборов.


— А зачем он отправил нас сюда? Записывать пути нейтронов могут даже первокурсники. Дурацкий ускоритель частиц. Из-за этого эксперимента нам придётся торчать под землёй целых две недели! Почему он сам не пялится в эти мониторы сутки напролёт?


— Дорогая, пожалей старика: ему уже седьмой десяток. Даже просто спуститься сюда по лестнице, на глубину 150 метров, будет для него подвигом. А назад, боюсь, он уже не поднимется… Что такое? Мне казалось, тебе нравятся масштабные эксперименты.


— Вот именно: масштабные! А мы торчим здесь и черкаем в тетрадку циферки. Практического применения теориям Клауда нет никакого, мы с тобой просто работаем на очередную бестолковую статью этого хрыча.


— Зато нас укажут в соавторстве. Эта бестолковая статья может стать лучшей строчкой в библиографиях наших кандидатских работ.


— В моей-то уж точно, потому что пока это единственная там строчка. Да и то в перспективе.


— Отнесись к этому как к отпуску. Две недели вдали от мира, только мы вдвоём!


— Угу, ни в кино сходить, ни на пляж съездить. Хорошо ещё, что тут догадались оборудовать нормальный санузел.


— К слову, я на досуге покопался в архивах: оказывается, здесь когда-то было бомбоубежище! Похоже, Институт решил найти свою выгоду в правительственной программе и переоборудовал его в лабораторию. Это объясняет, откуда здесь столько закрытых помещений.


— Ха, а я-то думала, как это ректор смог раскошелиться на такой дворец-под-горой! Значит, хитрюга отстроился на деньги налогоплательщиков. Наверняка ещё и навариться сумел.


— Место действительно удачное. Мы так глубоко, что внешний мир почти не влияет на чистоту опытов по изучению движения частиц. Идеальный эксперимент! Что за чёрт?


— Гм? – Мэри отвлеклась от разглядывания своих пяток, спрыгнула на пол и подошла к компьютеру, за которым сидел Джон. Она ткнула пальцем в зелёный экран. – Откуда взялся этот скачок излучения только что?


— Понятия не имею. Все приборы словно взбесились.


Внезапно свет потух. Несколько секунд в лаборатории царила абсолютная тьма, после чего с характерными щелчками по очереди начали включаться светильники. Разом загудели лампы внутри заново загружающихся компьютеров.


— Что происходит? – обескуражено спросила Мэри.


— Мы только что перешли на резервное питание. — Джон старался как можно более трезво оценивать ситуацию. – Это значит, что внешний источник отрубился. Может быть, проблемы на электростанции?


— За секунду до этого был сильный выброс излучения, притом явно на поверхности.


— Совпадение? Неспрогнозированный выброс на солнце?


— Джей, чтобы приборы в этой пещере смогли засечь такой выброс, солнце должно быть на соседней улице.


— Ты права. Наверное, сбой… Нужно выбираться отсюда!


Он рванулся к выходу из комнаты, но жена схватила его за локоть.


— Постой! У меня сердце не на месте от всего этого. Давай дождёмся, когда компьютеры загрузятся, и ещё раз посмотрим на показания.

Через полчаса они молча смотрели на распечатанные графики.


— Этого не может быть, – прошептала девушка, – просто не может быть…


— Включи радио, – сипло отозвался Джон.


Супруга подошла ко встроенному в стену приёмнику и начала крутить реостат. Из динамиков доносились только помехи.


Джон включил какой-то архаичный прибор в дальнем углу зала и стучал по крупным клавишам терминала.


— Поверить не могу… значит, они всё-таки сделали это, Мэри. Они сбросили бомбы.


— Нам конец? – спросила она без дрожи в голосе.


— Пока нет. Похоже, война оживила это убежище. Если верить компьютеру, половина систем не работает – наверное, их просто демонтировали, чтобы установить здесь ускоритель. Главное, генераторы в порядке. Система очистки воздуха работает вполсилы, но она рассчитана на несколько сот человек. На нас двоих должно хватить с лихвой. Водяные фильтры попробуем запустить в ручном режиме… Нам повезло, что в момент взрыва дверь была закрыта.


— А что мы будем есть? Выходить сейчас наружу – самоубийство. Уровень остаточной радиации будет смертельным десятилетия…


— У нас достаточно еды с собой и чёртова уйма времени подумать, что делать дальше. Может быть, мы с тобой просто тронулись от сидения под землёй, и наверху всё в порядке. В этом случае через несколько дней нас хватятся и вытащат наружу, а в институтской газете появится сатирическая заметка про двух жертв холодной войны.


Мэри улыбнулась и обняла мужа. Он погладил её по рыжим волосам и заметил, что среди них теперь есть серебряные локоны.


Через несколько дней за ними никто не пришёл.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,рассказ,Истории,Пыль и Ржавчина,Highwayman,Конкурсы Fallout


* * *


Если вам понравилась эта графомания, то чуть позже выложу продолжение. Пост и так монструозный получился. Если дочитали до конца, буду очень рад любым отзывам.


Развернуть

Fallout Other текст story рассказ Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Не все становятся героями

Рассказ shark510
Одна из историй о платиновой фишке мистера Хауса.
Не все становятся героями жизни.

Ослепляющая темнота. Монотонный гул троящего двигателя заполнял собой тишину, вливаясь густым потоком сквозь обломки бетона и стали. Холодные камни с кошевой стен облегали тело. Обездвиженность, темнота и гул.
Сознание медленно плыло по воспоминаниям.

"Еще один стаканчик виски... Боже! Вы посмотрите на этого фигляра... Ложка, ложка, почему их нет... Чудесная погода, чтобы умереть ... Ведро с болтами ... Еще 9-миллиметровый... Ржавая лохань, какой же код... Так шумит! ...
Болванчик, когда-то ты был сувениром ... Нет, не может... ".

Когда он пришел в себя в этом мраке, он не помнил.
"Всеми ногами в могиле, вместе с телом", - подумал человек, погребенный под завалом. Собственная шутка, такая нелепая, приподняла уголки губ, утопленных в пыли и крошеве стены с мостиком.
"Сколько еще ждать?"
Грудь слабо подрагивала от немощных вдохов, с каждым поднятием всасывая пыль.
"Вот каков мой конец... Дожидаться смерти в темноте, обмочив штаны выпивкой, просящейся наружу, затем испачкав штаны дешевой похлебкой, а вскоре истязаемый голодом и жаждой медленно в бреду откинуться в этой вонище". Кончики пальцев еле поглаживали пластиковую рукоять Фью, старого пистолета с глушителем. "Все Боги этой дыры насмехаются надо мной, не давая умереть достойно", - грусть навалилась на мужчину, неспособного хоть немного сдвинуть пистолет в сторону головы.
"Я не мог ошибиться, я просто не мог... я центр этого рассказа судьбы в этом мире... Столько пуль просвистело мимо моей головы, сколько голов пронзило с тихим хлопком от моей руки. Я не верю..."
"Твое имя будет забыто", - сказала Сара, "Как и наши..."
"Вот бы стать призраком и свалить с этой дыры", - отозвался Джеймс.
"Твоя стремная морда только гулем тебя заделает обсосок", - Тишину прорвали хриплые выдохи смеха, и тут же гримаса боли исказилась на лице выжившего.
Крошево провалилось в легкие, вызывая жгучие приступы кашля.
Ни закричать, ни умереть.
"Сраная фишка, сраное дерьмо, так не честно!", - он кричал у себя в голове. Зуд снедал горло, отчаяние рвало голову.
"Ублюдки, вы сдохли в коридоре или еще живы, перебинтовываясь в тишине, ненавижу вас! Помогите мне, сволочи!" Но с губ не сорвался ни один звук.
"Сару, скорее всего, если жива, затрахают до смерти... Срань... мне она ... нравилась... "
Глаза прорезала боль, слеза навернулась и застыла возле глаза, впитав в себя пыль бетона.
Гул мотора затарахтел сильнее, словно захлебывался в предсмертной агонии. Пару выхлопов и шум прекратился, словно последняя душа работающей машины этого убежища покинула склеп мертвецов.
Наемник по имени Генри навеки остался один.

(Воспоминания)

- Мы нашли её. Местный фермер видел с десяток мародеров с приличными стволами. Я сразу понял, что она у них. Никто не станет тащить арсенал в такую глушь -, Джеймс придвинул еще один стакан виски к Генри.
- Дай ка взглянуть, где это ... ага, одно из убежищ, в стиле обитателей пустоши, - Генри сделал еще один глоток обжигающей жидкости и глянул на бармена.
"Нахваливает свое поило очередному клиенту. Боже! Вы посмотрите на этого фигляра, разбавляет в четверть, а за цену срется как за озера чистой воды".
- Как договаривались, ночью, не опоздайте, - встряла в разговор Сара и удалилась.
- Ложка... ложка... почему их нет? Потому что радиация, вот оно что! - очередной посетитель салуна что то втирал своему собеседнику. Пыль сочилась сквозь трещины в стеклах.
На выходе из бара Джеймс задержался потолковать с роботом.
Генри обменявшись любезностями с парой знакомых, обдав робота недружелюбным взглядом, отправился в путь.
К ночи они стояли втроем возле шахты убежища. Буря метала песок по пустоши, больно рассекая лицо песком.
- Чудесная погода, чтобы умереть сегодня, не правда ли? - выкинул каламбур Джеймс, но его временные товарищи не выказали никакого желания поддерживать беседу.
Спустившись в шахту и выйдя из проема в темную комнату отряд построился для продвижения в глубь бункера. Как только Джеймс высунулся из-за угла, в стену ударила пуля, кто-то заорал - Гости! - отряд побежал.
Зайдя с другой комнаты Джеймсу удалось отправить очередь из его скорострелки в обороняющихся, но ответный залп пробил дробью его грудь и лицо. Куски брони и ошметки лица облепили дверной косяк комнаты. Тело Джеймса обмякло, прислонившись к стене, содрагаемое конвульсиями. Сара и Генри отступили, спрятавшись в дыре стены. Они поползли по профилям проводов, огибая блоки комнат. Гостей ждали, хорошо ждали. Не болваны.
Комнаты обыскивали, постоянно перекрикиваясь. Странно, что возле вентиляции не поставили караул, наверное, чтобы выманить потенциального противника и добить его, не дав уйти.
Генри и Саре повезло найти следующий проем из наружной стороны бункера.
Он подозревал, что их может ждать сюрприз, поэтому прислушался на подходе к дыре. Так и есть. Слабое дыхание и хруст крошек на полу, выдавал притаившегося стрелка. Медленно просунув дуло пистолета с глушителем в крохотную дырочку, Генри спустил курок. Фью... Тело обмякло. Тот, кто притаился за стеной, сейчас медленно сползал по ней.
Аккуратно пролезая через проем, Генри осмотрел комнату. За дверью его так же ждали. Сара подкралась к окну комнаты. Мусор, поваленные шкафы, стулья, обломки, стеллаж с болванчиками. Одновременно высунувшись из проема, Сара и генри дали залпы в двух направлениях, четверо мародеров упали замертво, окрасив стены брызгами крови.
Медленно пробираясь по коридору наемники вышли к выходу из помещения, секцию комнат с другой секцией отделял мост. Генри двинулся первым. Слабый писк донесся до его ушей.
"Нет, я не мог не заметить, не может... " Вспышка оборвала мысли Генри.
Мина взорвалась, уволакивая в бездну мост и куски горной породы вместе с бетоном убежища. Сару швырнуло вглубь коридора, обдавая шрапнелью осколков камня и мусора.
Генри уплыл в темноту.
Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,текст,Истории,рассказ,Конкурсы Fallout
Развернуть

Fallout Other Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Райно, II

Искры больших костров


 
Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout


Небо заслонили нагромождения иссиня-чёрных скал-туч. Разошёлся ветер, но никакими усилиями он не мог разогнать завихрения громадных замков в небе, только ещё больше раззадоривал их, заставляя небесных колоссов бить в кресала и отправлять на землю смертоносные стрелы, которые отражались в небе резкими вспышками злого света.
Ветер шумел, предвещая бурю, но никак не мог заглушить своим воем звон, который предупреждал возможных пешеходов и пассажиров о подходящем к железнодорожной станции поезде. С лёгким скрипом ожил механизм шлагбаума. Он продолжал выполнять свой долг даже после того, как труба, которая перекрывала путь к монорельсу, обратилась в прах. Одна за другой начали вспыхивать прожекторы и осветительные лампы, всё пространство станции наполнилось мягким ламповым светом. Звон стал ещё настойчивей, лампы замигали чаще, угрожая вспыхнуть и перегореть в любой момент - блефовали. За две сотни лет вышла из строя только пара осветительных приборов, а остальные продолжали нести службу, иногда вспыхивая снопом недовольных искр, как будто жалуясь на свою участь.


На станции было всего две рельсы, но зато какие: толщиной по семьдесят дюймов, каждая лежала в своём углублении на расстоянии пары десятков метров от своей сестрицы. Постепенно звук ветра начал утопать в постороннем звучании: одна измонорельс начала выдавать высокий вибрирующий визг, остановившийся на одной душераздирающей ноте, звучание которой так же медленно переросло в монотонный гул. К звучанию монорельсы начал подключатся нарастающий рёв. Казалось бы, что какой-то разбуженный этим гамом чудовищный зверь вот-вот ворвётся во двор станции, и начнёт учинять беспорядки, ища источник своего беспокойства. И это случилось: на горизонте появилась яркая точка, которая, стремительно увеличиваясь и ослепительно сверкая, с ужасающей скоростью неслась по старой стреле-монорельсе. Через пару минут на станцию с ужасным скрипом, рёвом и визгом ворвался электропоезд. Он не уступал размерами окружающим его зданиям, а его единственный вагон был частично расплавлен ужасным жаром, который вырывался из огромной турбины, размещённой на крыше самого поезда. 

Дверцы вагона со скрипом распахнулись, и из искрящего динамика донеслась запись голоса давно погибшего человека: «Станция… остановка … о…». Динамик выпустил очередной сноп искр и затих. Никто не вышел из вагона, ровно так же, как и некому было в него войти. Состав простоял в молчании пять минут, прежде чем двойные дверцы вагона захлопнулись и турбина, вновь набирая обороты, понесла поезд по просторам пустоши. Всего через неделю он появится на этой же станции, но уже на соседней рельсе, направив свой глаз-прожектор в противоположную теперешнему движению сторону.
Райно остановился и вдохнул полные лёгкие воздуха – отчётливо чувствовалась сырость. Горизонт на его пути серел и то и дело озарялся вспышками молний. Музыка, звучащая прямо в голове, ставшая на некоторое время приятным подарком, постепенно переросла в проклятие, грозя взорвать черепную коробку изнутри, но каждым шагом в нужную сторону мелодия становилась на какую-то долю мягче. Это очень напоминало «Зов», которым пользовался Мастер. Всё это будоражило воспоминания, заставляя всплывать на поверхность сознания картины из прошлого, что не всегда было приятно. Мутант поправил висящий за плечом пулемёт и продолжил путь. 
Ливень хлестал Райно тугими холодными струями воды, когда тот подошёл к старой железнодорожной станции. Мутант шёл под дождём уже несколько часов, и сейчас вода, которая прямо таки лилась из неба, уже перестала приносить то удовольствие, которое он испытывал в самом начале.
Мутная вода текла по двум углублениям, практически скрывая под собой довоенные монорельсы, которые оставались в удивительно хорошем состоянии все эти годы. Райно повернул голову в сторону главного корпуса станции, и музыка зазвучала так чисто и явно, как будто он слышал её своими ушами. Медленным, неспешным шагом он направился к ветхой двери, которая скрывала за собой цель его путешествия.

Единство 

Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout


Что он? Единство! Сейчас это понятие раскрывало в себе всю суть, которую в него вложил Мастер. Тело – всего лишь оболочка. Возможно, он сможет существовать и без него, но проводить такие эксперименты опасно, да и незачем. Он смотрел внутренним взором на многие мили, чувствуя каждое существо и имея возможность прикоснутся к его сущности, почувствовать его, смотреть его глазами. Особенной удачей было выхватить из тысяч ярких точек создание, похожее не наго самого. Или на них самих? Какая разница…. А вот сейчас одна такая яркая точка двигалась в его, в их сторону. Это существо чувствовало его прикосновение, знало о его присутствии. Это будоражило сознание Единства.
Оно уже близко! Единство пришло в волнение – совсем недавно оно начало соединять в себе существ без явно выраженного сознания, а первозданные чувства и эмоции, которые ими руководили, контролировать непривычно, но возможно. Мягкий, но настойчивый импульс заставил мышцы всех существ, соединённых с Единством сетью тонких нитей-нервов, задвигаться с утроенной скоростью – это помогло сбавить напряжение. Вот уже сейчас Оно войдёт сюда, покажется Единству, и можно будет установить с ним стабильный контакт…

Райно толкнул дверь и вошёл во тьму здания, которая с готовностью обволокла его, шепча на ухо какие-то глупости. Райно прокладывал путь по довоенному зданию – «Зов» точно диктовал ему направление, став намного мягче и приятней. 
Стены второго этажа были покрыты сетью тонких бесцветных нитей, количество которых увеличивалось по мере продвижения к дальней комнате этажа. 
Райно вдохнул затхлый воздух и толкнул последнюю дверь.
Первым, что кинулось в глаза – существа у стен, обвитые нитями: два супермутанта сидели у стены, а рядом лежал, скрутившись калачиком, смертокогт, – всю троицу обильно покрывали нити-нервы, создавая вокруг них некое подобие кокона. Тела этой троицы синхронно напрягались и расслаблялись, повинуясь каким-то непонятным спонтанным импульсам. Были ещё и более мелкие существа, но Райно не обратил на них внимание. Его взгляд был обращён к дальней стене, откуда и происходили все эти нервные узлы и сплетения: огромное существо, отдалённо напоминающее кентавра, выглядело необычно даже для того, кто сам был результатом мутаций. Верхняя часть тела оставалась человеческой, на нём даже были видны остатки какой-то одежды, но из груди в нижнюю часть тела как будто вырастал огромный набор мышц и конечностей, покрытый отростками, которые, подобно корням ужасного дерева, уходили в основание здания, или в тень комнаты. И нити – тысячи и тысячи тончайших нитей вырастали со всех участков его тела, причудливыми пауками расползаясь по комнате и обвивая существ, которых им удалось поймать в свои сети. 
Только сейчас Райно заметил, что на него устремились десятки глаз присутствующих в комнате созданий. Мутант ощутил ещё одно прикосновение к сознанию и впустил гостя – в мозгу тут же начали появляться образы чужих воспоминаний: лаборатории псиоников, сильнейший ментальный выброс, который ослеплял внутренний взор ярчайшей вспышкой, заставляя неподготовленных слуг Мастера ползать на коленях, в агонии схватившись за голову. Некоторые сошли с ума, не выдержав такого прощального подарка от своего творца, некоторые ушли, а остальным было всё равно. Уход из армии Создателя после его смерти…. Это знакомо. 
Райно начал различать голос, который постепенно собирался из осколков звуков, услышанных им на протяжении жизни. Голос что-то шептал, но мутант пока не мог понять смысла. И продолжал просматривать картины, которые открывало ему существо. То, что опасности от него не исходило, он понял уже давно. Внутренний взор понемногу начинал приобретать ясность, а очертания неясных теней отступать за горизонт сознания. Существо дало ему возможность смотреть своим внутренним взглядом. Райно осматривал участок, простиравшийся на многие мили, выделяя живых существ, имея возможность прикоснутся к любому сознанию. Несколько слабых вспышек гаснущего разума заинтересовали его, и он сконцентрировался в попытке подключится к сознанию одного из этих существ. Стоило больших усилий выделить наиболее устойчивый разум старшего мутанта – вся группа уже долгое время не подавала признаков жизни, перейдя на резервы своего организма. Это была группа найткинов, находящаяся в коматозном состоянии. Что-то подобное происходило со всеми мутантами, которые получили последний отклик от Создателя. Райно помнил подавляющее состояние, в котором находилась его группа, и даже сейчас не был уверен, что оправился после него в полной мере. Ничего удивительного, что командующий этой группы не выдержал напряжения и увёл её в пещеры, перейдя в такое замороженное состояние. Возможности этих тел не вечны – несколько членов этого отряда уже умерло, но оставалось ещё семь особей. Райно, используя силы Существа, послал мощный ментальный импульс к занимающему главенствующее место в группе мутанту. Некоторое время, сложно сказать сколько, ничего не происходило, а потом послышался ответный отклик. Тусклые блики сознаний начали вспыхивать активней – пройдёт некоторое время, и кто-то из мутантов откроет глаза, а ещё позже – ослабевшая группа выйдет из пещеры, удивлённо осматривая изменившийся ландшафт окрестностей. Райно почувствовал волны одобрения, исходящие от разума Существа. 

Райно не был уверен, но, видимо, прошло много времени, прежде чем голос существа обрёл очертания, а смысл произносимых им слов стал понятен. «Единство» - произнёс бесплотный голос. «Мы – Единство. Стань частью. Стань Единством…» - голос тёк по жилам мутанта, мягко обволакивая его, очищая разум от всего ненужного. Перед внутренним взором начали формироваться образы: все, кто стали ему дороги, но были утеряны, тот мир, который обещал Мастер. «Соединись с Единством, создай себе реальность. Ту, которую ты желаешь…» - голос продолжал звучать, и вместе с ним опять зазвучала музыка….

Некоторое время Райно провёл в беседах с созданными им же по его воспоминаниям и образам близкими ему существами. Сколько – не имело значения. Он создал свою реальность и поместил туда эти образы, получая всё, что имело для него хоть какое-то значение. Осязание собственного «Я» получило контуры. Мутант вносил в него то, что считал нужным и оберегал от воздействия общего разума, не давая сливаться с чужими сущностями. Сознание Единства крепло – он сам способствовал этому, приводя новые яркие точки к железнодорожной станции. Никто из пришедших не отказался от слияния – как можно отказаться от возможности создать свой собственный мир, будучи в нём Всесильным Божеством? Райно не отказался и получил даже больше, чем мог пожелать.
Ничего не бывает вечно, ничто не стоит на месте - однажды что-то изменилось: в окрас Единства влился новый цвет. Всё Единство обеспокоилось – он ощущал это. Райно послал в центр общего сознания импульс и, почувствовав общее разочарование, которое ощутило Единство, вышел за созданный им же горизонт.


С открытыми глазами 

Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout

Открыть глаза – это, казалось бы, простое действие стало довольно серьёзным испытанием. Единство уловило его замешательство и помогло ему ощутить контроль над телом. Райно открыл глаза и впервые за, возможно, годы осмотрел окружающий мир внешним, физическим взглядом. Комната так же была покрыта причудливыми сплетениями нитей, а у стен оказалось намного больше существ по сравнению с тем временем, когда он впервые вошёл в неё. Райно попытался сделать шаг и завалился на бок, обрывая связки нервов, которыми он был опутан, подобно всем окружающим его существам. Мутант поднялся на ноги и, очистив себя от нитей, клейкой паутиной покрывавших всё его тело, осмотрелся. Причиной его пробуждения стала смерть одного человеческого тела. Сознание человека было неустойчиво и не подходило Единству, но у нескольких особ был потенциал, и Единство рискнуло отправить к нему «Зов». Один из трёх выбранных людей не выдержал огромного ментального напряжения и растворился в общем сознании, а его тело стало пустышкой. Тела окружающих существ по-прежнему вздрагивали, напрягаясь и расслабляясь в такт, как будто их объединяло общее сердце. Всё ещё не полностью свыкшись с вновь обретённым контролем тела, мутант направился к лестнице – прочь из здания. Если где-то и существовали пространственные дыры, замораживающие всё вокруг себя, то одна из таких наверняка находилась на этой железнодорожной станции – ничего не изменилось с того момента, когда мутант впервые появился в этом месте. Как будто не прошло и дня: всё та же пасмурная погода и одинокие обветшалые здания. Единственные изменения, которые прошли за эти годы, невозможно было заметить обычным взглядом – они прошли внутри самого мутанта. Общее Сознание залечило его раны, которые, погибая, оставил Мастер. Внутри вновь появилось что-то, что заставляло его получать удовольствие от вдоха радиоактивного воздуха полной грудью и ощущения ветра на грубой коже. И музыка Единства – Райно не хотел лишаться этого мягкого звучания и знал, что оно не уйдёт, пока он не пожелает этого сам.
Послышался навязчивый звук звонка, по двору станции начал разливаться мягкий свет, а воздух завибрировал от напряжения. Через пару минут с громогласным рёвом на станцию ворвался громадный поезд с одним вагоном и турбиной на крыше. Как искра гигантского костра, которым была человеческая цивилизация, он напоминал о былом величии доминирующей в прошлом расы. Старый динамик попытался оповестить несуществующих пассажиров о прибытии на станцию, но лишь затрещал и фыркнул снопом искр.
«Я вернусь к тебе, Единство» - подумал Райно и почувствовал мягкое прикосновение к сознанию, оповестившее его, что он был услышан. Поезд вновь взревел громадной турбиной и понёс по радиоактивным пустошам единственного за многие годы пассажира…


Гость

Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout

Август выдался необычайно жарким. Солнце палило нещадно, давая передышку раскалившемуся песку всего лишь на пару-тройку ночных часов. Ночи в Пустоши не менее суровы, и дело не только в тварях, единственными желаниями которых есть жажда к трепещущей плоти и продолжению рода, но и в резких перепадах температуры, заставляющих неподготовленных путников кутаться в одежду, стучать зубами и проклинать непозволительную беспечность. Фермеры, привыкшие к изменчивому поведению пустыни, молча спасали посевы, даже не пытаясь проклинать свою судьбу, закинувшую их в глушь. Большинство из этих потрёпанных ветрами и песчаными бурями людей знали, что вблизи возрождающейся цивилизацией живётся неспокойно, ведь там появляется ещё одна угроза – человек.
Вилли Холлидей сидел на крыльце своего ранчо и покуривал самосад. Горький дым привычно резал горло и щекотал нос, Вилли довольно улыбался. Курительную трубку он вырезал из необычно большой и прочной берцовой кости, найденной во время вспахивания неблагодарной и сухой почвы. 
Ранчо представляло собой добротный двухэтажный домик с парой пристроек и ветряком, нехитрый механизм которого помогал извлекать из недр пустыни её соки – воду, чуть солоноватую, но такую желанную. Вокруг ранчо располагались кукурузные поля. Кукуруза была всем, чем жили обитатели этого маленького живого оазиса: из кукурузной муки пеклись лепёшки, мягкие зёрна перемалывались в крупы, а из ботвы извлекался сладкий сок. Животных на ранчо не держали из каких-то своих соображений.
Как бы там ни было, Вилли наслаждался закатом и крепким табаком…
Солнце ушло за линию горизонта, напоминая о своём присутствии лишь тонкой тускнеющей багровой полоской. Вилли задремал – неясные образы сменялись один за другим, сон был явно хорошим. Тьма накрыла окружающие дом поля тёмным занавесом, пропускающим только звуки шелестящей от ветерка кукурузы и мерный гул насекомых, выбравшихся на ночную прогулку. 
Вилли проснулся от того, что кто-то мягко, но настойчиво тряс его за плечо. Как и любой человек, заснувший неожиданно, он не сразу понял, что происходит и где он находится. «Пошли в дом, на улице уже холодно» - его супруга устало улыбнулась. Черта горизонта совсем исчезла, а на её место пришли сверкающие вдалеке звёзды. В памяти мужчины всплыла картина детства: он сидит со своим отцом на крыльце и смотрит на ночное небо.
-Па-ап, а что это – звёзды? – мальчик смотрит на отца, широко открыв глаза. Отец добродушно смотрит на сына - такого взгляда Вилли не мог забыть. Так же он смотрит на своих детей, тот же взгляд он теперь улавливает, наблюдая за своей женой.
-Когда люди умирают, то их души отправляются на небо и становятся звёздами. – Мужчина улыбается, кончики густых с проседью усов, приподнимаются вверх – Чем больше хороших поступков ты совершишь в жизни, тем ярче и красивее будет сверкать твоя звезда.
-Ухты! – мальчик доверчиво смотрит на отца. 
Картинка смазалась.
Фермер вздохнул, поднялся и, открыв старую жестяную дверь, направился вглубь привычного и любимого им жилища.
Прихожая поприветствовала его запахом сухой древесины и старой кожи. На стенах прихожей висели рабочие инструменты, которыми пользовались жители этого дома: серповидные ножи, вилы, даже копья, которыми фермеры уничтожали разбухших от радиации насекомых и плотоядных мухоловок. Деревянные стулья, полки, столы, диван, сделанный из внутренностей находящейся неподалёку от ранчо довоенной машины – всё было изготовлено самим Вилли. На стенах причудливыми каракулями и изображениями диковинных существ виднелись детские рисунки, едва заметные в тусклом лунном свете. На потолочной балке висели небольшие связки различных трав, листьев и кореньев, источающие приятные запахи. На полках стояли различные резные фигурки и гладко облизанные ветрами камешки. Каждый обитатель вносил в жилище что-то своё, делая его на какую-то частичку уютней. 
Фермер стал подниматься по скрипящим ступеням, ведущим на второй этаж. Дверь в детскую отворилась довольно мягко. В комнате, лёжа на соломенных матрацах, спали два ребёнка – девочка и мальчик. Дети выглядели худыми и хрупкими. У обоих круглые веснушчатые лица c чуть пухлыми губами и торчащими ушами – в этом они пошли в родителей. У девочки длинные, до поясницы, светлые волосы. Голова мальчика острижена накоротко, чуть великовата - выглядит, будто кто-то нахлобучил её на чужое тело. Вилли был благодарен Господу за то, что дети у них получились «нормальные» - без значительных внешних мутаций и с нормальными умственными способностями.
Свет луны играл причудливой стеклянной игрушкой, висящей над головами детей. Она была собрана Вилли собственноручно из странных осколков, найденных в разбитой машине, из которой фермер принёс много полезных и занятных деталей. Лунный свет, преображённый игрушкой в зелёный треугольник, остановился на носу у девочки, причудливо окрасив уютно расположившуюся там россыпь веснушек. Отец любовался тем, как дочь улыбается во сне. Его маленькая Мари-веснушка. Заглянувший через открытое окно ветерок лёгким прикосновением раскрутил висящий «ловец снов», направив уже жёлтый луч на мальчика. Вилли тихо шагнул к противоположной стене комнаты и закрыл окно – теперь луна пыталась заглянуть сквозь щель деревянной форточки. 
Что ждёт его детей в жизни - пустыня, в которой он живёт, или город с более дикими нравами, чем у пустынных хищников? Нет…! Всё не так. Ему с подросткового возраста казалось, что он живёт чужой жизнью.
Уходя из детской, Вилли ещё раз оглянулся, желая запечатлеть этот момент в своей памяти. 
«Пусть у вас всё будет хорошо. Аминь» - отец надеялся, что его просьба будет услышана. 
Вилли, покинув детскую комнату, направился в спальню. Его жена уже спала, и он тихо и устало улёгся на кровать, отдаваясь в распоряжение Морфея.

Утро! Вилли открыл глаза практически сразу же, как начало светать. Супруги уже не было в кровати – наверняка встала раньше, чтобы приготовить завтрак. Долгое время он лежал без каких-либо движений, просто смотря в потолок и слушая звуки, доносящиеся с нижнего этажа и просачивающиеся через окно, ожидая окончательного просветления в голове. Встать с кровати его заставил вкусный запах, коварно заползший в комнату. Его жена, похоже, готовила фирменное блюдо - лапки мантисса! Урчание в животе подбавило энтузиазма и фермер, довольный началом дня, стал спускаться на первый этаж.

Небо наполнялось светлыми голубыми красками. Вилли вновь сидел на излюбленном крыльце, держа в руках кисет с табаком и курительную трубку, но вовсе не спешил применять их. Его внимание привлекла постепенно вырастающая точка, появившаяся на линии горизонта - человек. Гости нечасто появлялись в округе, но даже не это привлекло внимание фермера. Дистанция была слишком велика, но, тем не менее, угадывалась какая-то непропорциональность, какая точно – сказать было сложно. Вилли вспомнил про трубку и табак, которые он держал в руках и спрятал их в карман – курить расхотелось. Встав с крыльца, он поспешно вошёл в дом и снял со стены старый дробовик. Стоило зарядить его и проверить весьма ненадёжный механизм. Владелец дома, конечно же, не собирался выходить к гостю с оружием в руках, но жизнь научила этого человека быть готовым ко всему. 
– Винни! – следовало предупредить всех в доме. – Скажи детям, чтобы не выходили из комнаты, пока я не разрешу. У нас гости… – Вилли невесело хмыкнул и вставил второй патрон в патронник.

Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout

Послесловие заменяю парой заметок:
Между "главам" рассказа подразумеваются довольно приличные отрывки времени.
Последняя часть рассказа - начало новой арки. 
Я понятия не имею зайдёт ли кому-то, или нет. В любом случае, надеюсь что кому-то придётся по вкусу.
Теги центрирования почему-то не работают, или я криворук. Текст из-за этого поплыл. Жаль, ну да ладно.

Развернуть

Fallout Other story Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Райно, I

Примечание
В этом рассказе я попытаюсь раскрыть некоторые события мира Fallout со стороны хмурого и нелюдимого супермутанта. Он не Герой Пустошей, не спаситель страждущих, ему наплевать на судьбу кого либо, возможно даже на свою. Тем не менее он жив, и делает всё, чтобы его существование не погасло бесцельно. Скука и холод - всё, что осталось для него в постапокалиптической пустыне.

Из-за ограничения размера поста придётся разбить моё графоманство на две части.


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Истории,Конкурсы Fallout


Старт

Райан Брайт никогда не читал книг. Нет, он умел, конечно же, но не читал. В школе Джанктауна так и не смогли привить ему любовь к печатному, а зачастую, и рукописному слову. Что он любил, так это слушать. Часто приходя в бар вечером после долгого дня в поле (Чертовы пустынные куски дерьма!), он покупал выпивку какому–нибудь бродяге и, попивая свое пойло, подолгу слушал о том, что делается в других городах и какие чудеса повидал незнакомец. «Срань Господня!» – любил он восклицать, когда рассказчик поведывал что-то уж совсем небывалое. 
Однажды один из старых заросших забулдыг рассказал ему о том, что возле Адитума стали замечать больших зелёных человеков. «Срань Господня! Да что ты выдумываешь!» - только покачал головой Райан и не придал этому особого значения. Но вскоре у него появились причины изменить свое мнение. 
Через пару дней после того, как бродяга ушел, Райан направился в коровник к Мэрит - доярке браминов. Он довольно давно к ней подкатывал, да и не особо она сопротивлялась «чарам»Райана. Толи перегар у него изо рта в тот день был забит запахом маисовой лепёшки, толи звезды сошлись незамысловатым знаком, но ему таки повезло, и он сумел уговорить пухловатую девушку на вечер при свечах, но без свечей. Девушка не хотела, чтобы их кто-то увидел раньше времени, до того, как всё будет официально (Ага, щаз!), и поэтому Райан решил повести её за город, в сторожку возле поля. 
И вот настал вечер. Райан весь день предвкушал вечерние утехи и снаступлением сумерек сразу же отправился в сторону полей, прихватив с собой бутылку Рентген-Рома - роскошного, по его мнению, пойла. Придя в указанно место, он не обнаружил девушку на месте и, решив, что пришел рано, повалился на кучи брезента. Время шло, а девушки не видать, и Казанова решил откупорить бутылку. Богомолы шумели в траве, ветер закручивал вихрями пыль, а Райан допивал свой ром, матеря глупую деревенскую дуру. 
Решив, что больше ждать не имеет смысла, он шатко поднялся на ноги и решил уже было отправится в город, когда заметил какое-то движение в стороне фруктовых зарослей. «Ах вы сволочи, опять яблоки воруете, ну сейчас Райан покажет свой коронный Пендаль-Брайт» - подумало пьяное тело Райана Брайта и направилось в сторону хруста и чавканья. Захватив на всякий случай лопату, он начал медленно продвигаться в сторону наглого вора. Шаг за шагом он приближался к злополучной грядке. Вот, всего-то осталось отодвинуть заросли мутировавшей кукурузы. Райан отодвинул кусты и... Охренел. На него с высоты трех метров смотрела не менее ошарашенная зелёная морда, выпучив глаза и перестав жевать от неожиданности. «Срань Господ~» - только и успел вымолвить Райан, когда здоровенная ладонь треснула его по голове, заставив отрубиться...
Райан очнулся спустя некоторое время и тут же заорал в шоке:«СРАНЬ~». Но его встряхнули и отправили досматривать сновидения с участием Мэрит таким же хлопком ладони.
Во второй раз Брайт пришел в себя и, повернув голову, он обнаружил в опасной близости от себя ту же зелёную морду. Его несли на плече. Зеленая морда повернула голову в его сторону и, как ему показалось, недовольно закатив глаза, встряхнула его. «Опять!» только и успел подумать Райан, какполучил знакомый хлопок в лоб.
Во время следующего пробуждения Райан повел себя осмотрительнее и не стал выдавать своего пробуждения. Понимая свое безвыходное положение, он стал от скуки разглядывать своего похитителя. Двигались они, к слову, с лютой скоростью. Райана тошнило, голова раскалывалась, и больше всего он сейчас хотел быстро сдохнуть.
Со временем Райан заметил, что их скорость понемногу уменьшается. «Не иначе как тварь устала... Ещё-бы - столько километров на такой скорости!» - подумал Райан. Через полчаса супермутант замедлил ход и вскоре остановился в небольшом каньоне. На месте их остановки совсем недавно разводился костер.
Мутант скинул Райана возле кучи древесного пепла и быстро исчез за скалой. Вот он - шанс на побег! Райан резко подскочил на ноги и тут же рухнул назад - за долгое время путешествия на плече мутанта ноги его затекли, и теперь он управлял ими не лучше, чем парой железных протезов. Брайт лежал на камне и кусал себя за руку, чтобы как-то заглушить ноющую боль в ноге. Немного позже провалился в сон, не принесший облегчения после пробуждения.
Повернув голову, он заметил, что его мучитель сидит возле заново разведенного костра и угрюмо жует мясо непонятного происхождения.
- ЭэЭрргх- только и вырвалось из глотки Райана. Мутант на секунду перестал жевать, а потом, не глядя на человека, оторвал от бесформенного куска мышц и костей, кажется, ребро, и сунул в руку Райана. Пленник был так слаб, что и не думал о брезгливости, а просто начал обгладывать кость. Мутант вроде пробурчал что-то недовольное. Человек отбросил кость, утер губы рукавом и безразлично уставился в небо. Он понимал, что есть его не собираются, тогда какая же участь его постигнет? Эта мысль потихоньку разожгла в нём любопытство, и он, превозмогая страх, решил начать разговор.
-Э...Эй!
Мутант угрюмо покосился на него. 
-Что ты собираешься со мной делать? Куда ты меня тащишь, черт побери?!
Мутант с безразличным выражением лица отвернулся. 
-Эй! Ты не умеешь говорить! Вот ведь тупая орясина! - Райан хлопнул в ладоши от злости.
И, - о чудо! – мутант повернулся, мимически ярко выразил презрение и довольно быстро заговорил глубоким и на удивление приятным басом:
-Мало того, что я умею говорить, писать, читать, я еще и с легкостью высчитываю в уме тригонометрические задачи, ты хотя бы сможешь выговорить слово «Тригонометрия», глупый реднек?
Райан сидел три минуты с раскрытым ртом, а после начал хохотать - у него началась истерика.
Мутант устало выдохнул, проговаривая, казалось-бы, самому себе: «Нет, чтобы сидеть мне сейчас на берегу какого-нибудь озера у лесной опушки, читать довоенную литературу! Вместо этого я должен ходить на разведку! Людей у него мало! Какое расточительство! Да ещё и с этим полоумным возиться, кажется, я не рассчитал силы и выбил из него остатки ума... о, Злой Рок!»
А Райан Брайт тем временем хохотал, катаясь по холодному камню, позже погрузившись в глубокий сон без сновидений.
Проснулся Райан в каком-то заводском помещении. Позже, когда он пытался вспомнить что-то, то вспоминались лишь страх и жгучая боль.
Райана, как случайного свидетеля, чудом уцелевшего по доброй воле одного из разведчиков, погрузили в фэв.


Пробуждение


Новорождённый лежал с закрытыми глазами. Лежал и пытался думать. Мысли, слова, образы в мозгу приняли совсем другой вид. Каким был прежде, он не помнил. Райан бессознательно пытался собрать собственное «Я» из кучи осколков - понемногу получалось. В мозгу возникали и терялись отдельные слова, вспыхивали картинки, разобрать которые он был не в состоянии. Внезапно часть того, что казалось осколками корабля, плавающими после крушения в воде, собралось в кучу, ослепив внутренний взгляд ярчайшей вспышкой. Это было не очень приятно, но принесло ясность. Процесс мышления принял более осознанную форму. 

***


Головная боль, всё тело ломит. Черт!
Тело! Тело, черт побери!
Он вскочил еще до того, как успел открыть глаза, а открыв их - изумился глубине цветов. Место, в котором он находился, было комнатой, по своему скупому убранству напоминавшей камеру: стены были сделаны из гладкого камня, пол же был железным. Ничего, кроме стены, умывальника и шлюзового дверного проёма перед ним не было. Позади него стояла низкая, явно маленькая для его размеров кровать. Он смотрел с непривычной для него высоты - это было даже приятно. Потолок в комнате был достаточно высок, а в углу висела паучья сеть. Самого паука нигде не было. Каждая нить была явно видна, и даже рельеф тончайших её прутиков был различим. Повинуясь внезапному порыву, он подпрыгнул к ней и, неожиданно для самого себя, ударившись головой о, казалось бы, недоступный потолок, шумно грохнулся на пол. Это позабавило его, и он расхохотался, через мгновение удивившись своему голосу. Говорить и издавать какие-либо звуки было трудно, как будто впервые.
Молодой мутант выглянул из комнаты. Перед ним было разветвление двух коридоров. Один из них заканчивался шлюзовой дверью, слегка неплотно закрывающейся, благодаря чему из-за неё доносились еле слышимые звуки чьего-то разговора. Второй поворачивал ещё куда-то, а в углу стояла невысокая блестящая конусообразная штуковина.
«Доброго вечера. Спешу поздравить вас с пробуждением!» - Проговорил внезапно электронный голос откуда-то сбоку. «Новорождённый» от неожиданности отлетел к стене и во все глаза уставился на странное существо, продолжавшее тараторить: «Сейчас 19 часов и 47 минут 10-го декабря 2157-го года. Создатель приветствует вас в новом мире. Пред вами открылись новые горизонты, весь мир подвластен Вам, и вы можете внести свою лепту в его создании (Неясная вспышка в сознании). Создатель поздравляет Вас с днём Вашего Нового Рождения и предлагает опробовать все прелести Вашей новой телесной оболочки!»
Робот хотел проиграть ещё что-то, но мутант вконец охренел и сделал первое, что пришло в его ещё не доконца работоспособную голову: разогнался и треснул ею робота, чуть ли не вмяв его в стену. Робот заискрил, а носитель мозга крутанулся вокруг своей оси, отлетев в сторону.
Шлюз в конце коридора, издав свистящий звук, открылся, и в коридор вбежали три здоровяка. Кожа одного имела зеленоватый оттенок, второй был коричневым, у третьего кожа была серого оттенка. Зелёный был одет в килт из грубой материи и имел наплечник, перетянутый железным прутом подмышкой. Коричневый был одет только в штаны, на груди имел красный платок и шнурок с прикрученными к нему клыками животных и блестящими вещицами. Серый же был одет в черный комбинезон с железными вставками. Вся троица уставилась на него.
Их вид вызвал ещё одну неясную болезненную вспышку в мозгу.
Внезапно коричневотелый изогнул бровь и захохотал: «Я ведь говорил, что этот робот когда-то отхватит». Вслед за ним загоготал зеленомордый, а мутант с серой кожей только хмуро хмыкнул. «Черт, да он же его головой протаранил, вот ведь Носорог!» - выдал очередную порцию слов коричневокожий и вновь захохотал. К его заразительному смеху присоединился зелёный. Серый, хмыкнув, отвечал: «Ну так пусть будет «Райно» - Носорогом». И улыбнулся до уха левой стороной лица, правая его часть работала плохо, а то и вовсе отказывалась повиноваться...

После смерти Создателя


К
вад шел уже четвертую неделю - Братство упорно гнало их на север, в горы. Райно не совсем понимал, зачем они преследуют их: Создатель мёртв, все надежды, все планы, которые он лелеял, семя которых вселил он во всех понимающих особей, были утеряны, а на месте Собора красовался огромный кратер. Райно было больно и обидно, да и не только ему одному - многие отряды мутантов, растерянные и опечаленные, ушли в Пустошь, где их уже ждали закованные в надёжную броню люди.
Весь отряд был подавлен, а Зелёный вовсе всхлипывал, когда никто не смотрел в его сторону. Райно злился на него, но никак не проявлял этого. Третий, после смерти Создателя, стал ещё более немногословен. Да и его стелс-бой начал барахлить, от чего он стал более напряжен. Время от времени они ловили сигналы бедствия от отрядов, которых настигали Стальные Братья. Пару раз отряды мутантов объединялись и устраивали засады, с переменной удачливостью уничтожая преследующего недруга.
Солнце только начинало садиться, когда на горизонте появился отряд в силовой броне. Квад ускорился и успел скрыться в расщелине, где нашлась удобная пещера, выжечь из которой живущее там семейство рад-скорпионов не составило труда. Оказалось, что пещера довольно глубока и имеет пару ответвлений. В одном из них они устроили привал.
Райно, оставшийся дежурить первым, сидел недалеко от входа, за валуном, оперевшись о рукоять револьверного гранатомёта и думал. Думал о себе, об отряде, о Создателе, о людях. С того момента, когда он услышал сообщение по основному радиоканалу о смерти Создателя, у него в груди как будто появилась огненная дыра, которая теперь разрасталась, поедая его. Мимо Райно пронёсся Третий - об этом его информировал поток воздуха, нисходящий из пещеры, да пара камешков, отлетевших в сторону. Третий двигался почти незаметно, когда хотел. Райно понимал, как нелегко сейчас Третьему: он потерял свой первый отряд, а сейчас мог лишиться второго. Райно вернулся к своим раздумьям: «У них короткие и бессмысленные жизни, зачем они так за них хватаются? Почему не захотели принять то, что предлагал Создатель? Разве вечная жизнь, всесилие и свобода от болезней - это мало? Они уже давно не главные в этом мире. Он стал чужим, когда взорвались первые мегатонны. Теперь они как паразиты на теле огромного зверя, и зверь вычёсывает их, оставляя умирать…»
Рядом вновь раздался лёгкий шум, а секундой позже - потрескивание электрических разрядов. 
-Они рядом: шесть человек в броне и с тяжёлым вооружением, - раздалось у него над правым плечом. - Уходить не имеет смысла. 
-Отличное утро, чтобы отдать свои сущности в память Создателю, - Райно встал и, потрескивая суставами, начал разминаться. Третий хмыкнул и ушёл будить спавших.

***


Отряд Братства вошёл в расщелину. Они напали на след небольшой группы мутантов и хотели поразвлечься. Шесть человек в силовой броне и при оружии должны разделаться с тварями налегке, поэтому бойцы ощущали не столько напряжение, сколько предвкушение хорошей бойни. Дедал, командир отряда, знал это, ибо ощущал то же самое. Он был одним из молодых паладинов, назначенных на командующие должности взамен погибшим. 
Дедал осмотрелся и уверенно скомандовал идти вперёд, но через пару десятков шагов ему, шедшему во главе отряда, что-то померещилось, и он поднял руку. Отряд остановился, ощетинившись оружием. Командир осматривал площадку, прислушиваясь к звукам, усиливающимся благодаря микрофонам, находящимся снаружи шлема. Бойцы напряжённо смотрели на Дедала, не понимая причину задержки. Внезапно он услышал резкую серию шелеста камней и песка, но, прежде чем успел что-то сделать, раздался резкий рык, и голова крайнего к выходу из ущелья бойца, оторвавшись от тела, унеслась на пару десятков метров.
-Тут найткины! Занять круговую оборону, огонь! - запоздало заорал Дедал, но пулемётные очереди только высекли искры и куски камня из окружающих отряд отвесных стен ущелья.
-Твою мать! Не разрушать строй, палите во всё, что покажется вам странным! - Дедал начал нервничать - недалеко от него лежал первый боец, умерший под его командованием. В мучительном ожидании прошло пять минут, Дедал скомандовал отбой. Теперь отряд двигался настороже и при оружии. 
Следующие события произошли всего за пару мгновений: Дедал, обернувшись на шум, увидел серебристую вспышку, и в следующий момент из ниоткуда возник мутант серой окраски. Последнее, что увидели два бойца, замыкающие колону - два огромных кулака, опустившиеся на их головы и моментально сломавшие им шеи. Мутант даже не успел выхватить суперкувалду, висящую на спине. В следующую секунду огонь из пары пулемётов изрешетил грудную клетку серого гиганта, и тот упал на спину, истекая кровью и хрипя. 
-Сгруппировались, мать твою! Огонь во все стороны, хоть и в пустоту! -Дедалу показалось, что они окружены со всех сторон. Он успокоился только тогда, когда последний пулемёт сожрал свою ленту, и бойцы не начали быстро перезаряжать пулемёты, ожидая нового приказа. На него посыпался щебень. Он поднял взгляд и просто оцепенел - сверху, летя на них с вершины пригорка, приближался второй трёхметровый зелёный супермутант с пулемётом в руках. Из его перекошенной пасти вырывались крики и рычание. Дедал соображал быстро - бойцы ещё не зарядили оружие, а мутант сейчас откроет огонь. 
-Быстрее - крикнул Дедал, закрывая собой бойцов. Супермутант нажал на спусковой рычаг, шесть стволов пулемёта начали раскручиваться. 
-Только бы выдержала, -пронеслось в голове у молодого командира отряда, пока он смотрел на пулемёт, попутно срывая с пояса гранату. Пулемётная очередь прошла по броне, пробив её на стыке пластин у колена. Дедала крутануло вокруг своей оси, и граната уже без чеки чудом полетела в супермутанта, отбросив его взрывом на пару метров. В этот момент один из закончивших с перезарядкой бойцов открыл огонь, и в грудь мутанта вгрызлись пули, ломая рёбра и пробивая его насквозь. Мутант шумно выдохнул и осел. Дедал глубоко проглатывал воздух - система жизнеобеспечения брони работала на максимуме, охлаждая ранение. Всё-таки выдержала - он жив.
- Сгруппировались! - в который раз скомандовал он бойцам, садясь на камень и осматривая почти не кровоточащую через разорванный участок брони ногу. 
-Минута на передышку и идём дальше - их осталось не много.


После смерти Создателя. Часть II 


-Райно, Первый и Третий, похоже, покинули нас...
Шумный вдох.
-Что будем делать?
- Умрём в память Созда... - усталый, полный боли голос.
-Да знаю, знаю. Каков план действий?
-Выйдем им навстречу с оружием и начнём стрелять. Мне уже всё равно.
-Хмм... ты уверен?
-Нет. Я уже сказал - мне всё равно.

Второй подобрал плазменную винтовку и направился к выходу. Райно направился за ним следом, снимая с плеча гранатомёт.

-Ты ведь понимаешь, Четвёртый, что мы не выживем? -Второй резко повернулся, встретившись лицом к лицу с командиром квада.
Райно едва заметно вздрогнул, когда к нему обратились по порядковому номеру.
-Да, отчётливо, но причин оставаться на этой выжженной земле я не вижу.
-Опять принимал ментат?
-Да... какая теперь разница?
-Знаешь, я рад, что в нашем кваде были думающие особи. Спасибо тебе, Райно. Помни о нас и... А, ладно, меня на грусть потянуло, -с наигранной весёлостью скривился Второй. Райно посмотрел на Второго, ещё не понимая, что тот задумал.
Второй повернулся, с улыбкой хлопнув его по плечу, и резко толкнул вглубь пещеры, привалив выход валуном так, чтобы там не смог протиснуться мутант. Он, переключая тумблер плазмогенератора на максимум, метнулся в сторону приближающихся шагов, эхом отдававшихся от каменных стен каньона.

***


Дедал с бойцами шли к выходу из ущелья. Дедал злился на себя, на мутантов, на старейшин. За ним уныло и молча шли два солдата - он примерно представлял, о чём они думали. Из-за угла изгибающегося ущелья донёсся шум и топот ног. 
-Занять боевые позиции, проверить оружие! - скомандовал Дедал.
Топот постепенно стих, и из-за угла вышел супермутант с коричневым окрасом кожи. Дедал не скомандовал огонь в первое же мгновение только потому, что его застала врасплох неестественно выглядящая на лице мутанта улыбка и то, каким образом тот держал плазменное ружьё - за дуло, как дубину. Улыбка мутанта перешла в ухмылку и он, взглянув на рассветное солнце, кинулся на них.
-Огонь! - запоздало скомандовал Дедал, но было поздно. Коричневокожий подпрыгнул и с размаху ударил основанием плазменного ружья прямо перед Дедалом. Взрыв всколыхнул неустойчивый каменный склон ущелья и всех четверых завалило грудами огромных камней. Через пару минут, когда пыль улеглась, каньон осветили яркие лучи солнца.

***


Райно долбил кулаками камень, пока тот не переломился надвое. Выскочив, он побежал в сторону, откуда доносился шум. Солнце освещало кучу камней, из-под которых торчала рука в броне. Райно кинулся раскидывать валуны, но уже через мгновение понял, что Второй не мог выжить под такой тяжестью. Он прошёл дальше по каньону, и наткнулся на Первого. Глаза были широко открыты, на лице застыло выражение ужаса и обиды. Казалось, что он увидел перед смертью что-то такое, что поразило и возмутило его. Отойдя на десяток метров, Райно понял, что было причиной быстрой смерти Зелёного - на песке лежал Третий, истекая кровью. Райно подбежал к нему и, сев рядом, слегка приподнял умирающему голову. 
-Чёртов стелс-бой отказал в самый нужный момент, - проговорил Третий, отплёвываясь кровью.
-Гмм... -Райно не знал, что говорят в таких случаях.
-Первый и Второй?
-Мертвы.
Третий попытался кивнуть. У него не совсем вышло. Выглядело бы даже комично, если бы он не лежал, истекая кровью.
-Тебе не выжить с такими ранами, - просто сказал Райно.
Третий опять попытался кивнуть.
-Ну... за Создателя...? А, да ну его к чёрту, - шумно выдохнул Третий и улыбнулся краем рта. Улыбался он довольно редко.

***


Райно раскопал образовавшийся после взрыва каменный завал. Он похоронил. Позже, поднявшись наверх, завалил остатками зарядов из гранатомёта довольно большой участок ущелья. Вышла неплохая, как ему показалось, братская могила.
Он просто бродил по пустыне, не встречая никого. Казалось, что вся пустошь вымирала перед ним. 
Он остановился в какой-то пещере. Найдя тупиковый рукав одного из тоннелей, он отключил сознание и провалился в глубокий, вязкий сон.


Ночной рыцарь


С
олнце шло на убыль. Свет отступал, а его место занимали вырастающие прямо из камней и растений длинные тени, постепенно переходящие в полноценную тьму. 

Глубокий вдох. Сухой горячий воздух опалил ноздри - это приятно. Ничего лишнего: запах песка, плавящегося под беспощадными лучами солнца, сухая древесина и терпкий запах кактусового сока. Кактус! Внутренний взор твари осветился приятным предвкушением. Растение было в сотне шагов, за большим острым камнем. Существо приблизилось к растению, наклонилось и, приоткрыв пасть, не спеша погрузило зубы в мягкую плоть растения, ещё и ещё. Вот она - мягкая, густая жидкость. Существо начало выгрызать её, с наслаждением растирая языком по полости рта. Неподалёку зашевелился песок: маленький рад-скорпион почувствовал, что в его владения вторгся чужак. Молодой смертокогт полностью сфокусировал внимание на таком приятном ему деле, ничего не замечая вокруг. Он не слышал, как небольшой рад-скорпион выбрался из песка позади него и, угрожающе пощёлкав клешнями, направился в его сторону. Скорпион стремительно подобрался к когтю со стороны спины и затрещал, приказывая убраться из его территории. Коготь не обратил на это внимания, он был полностью захвачен интересным занятием. Тогда скорпион подполз ещё ближе и вонзил жало в так раздражавший его хвост, метавшийся в разные стороны. Коготь взвыл от неожиданности и боли и резко развернулся в сторону обидчика, уже занося лапу с длинными острыми когтями... и никого не увидел. Жало скорпиона зацепилось за ткани хвоста, и он, взлетев в воздух, упал за спину уже повернувшегося разъярённого когтя. Скорпион ещё раз ужалил чужака в хвост. Коготь вновь развернулся, ожидая увидеть обидчика, и вновь не увидел объект так резко вспыхнувшей ненависти. Только сейчас коготь понял, что допустил ошибку и потерял бдительность, но он был ещё молод, а опыт приходит с возрастом, а если не приходит… что ж, в пустоши полно костей и черепов, и они принадлежат не только браминам. Резкая боль в нижней лапе заставила смертокогта опустить морду и, наконец, увидеть своего обидчика… 
«Демон Пустоши» вернулся к своему занятию, впрочем, уже не доставляющему такого удовольствия. Яд скорпиона разливался по венам когтистой твари, заставляя её вздрагивать от непривычного покалывания в конечностях. Сам же скорпион неподвижно лежал на горячем песке, располосованный на три части одним взмахом когтистой лапы.

Пустошь пребывала в умиротворении. Нюк шёл не спеша, ощущая её «вкус»: он отдавал свободой вперемешку с виски, которое он периодически отпивал из фляги. Просто идти, ни о чём не задумываясь... ощущать то, что тебя никто и ничто не останавливает... Нюк был счастлив. Светло-голубой оттенок неба начал разбавляться кровью - солнце уходило в закат. Вместе с изменением освещения изменилось и настроение Нюка - теперь ему хотелось плакать. Из глаз потекли слёзы, но он улыбался - ради таких эмоциональных прорывов он и бросил свой город, уйдя в скитания. Никакой наркотик не мог дать таких ощущений, и эти ощущения делали его «Реальным», как ему казалось.
Через пару сотен шагов показалась уютная впадина, окружённая валунами, в которой он и расположился. Костёр разжигать было неиз чего, но путник привык к холодным ночам, а иногда этот кусочек тепла дарил не только уют, но и приносил вред хозяину, созывая тварей в округе. Ночь обещала быть лунной... 

Молодой смертокогт был раздражён: яд заставлял его тело пульсировать от судорог, как будто на все его мышцы одновременно напала икота. Солнце уже зашло, и он бы непременно направился в своё логово, ожидая поправки, но странный кисловатый запах, который донёс до него лёгкий ветерок, заставил его пройти пару миль в совершенно ином направлении. 

Нюк лежал на спине и считал звёзды, придумывая новые созвездия. Вон та вон куча ярких точек – созвездие жареной крысы, а вон та продолговатая фигура – бутылка пива. «Поесть бы»- загорелась мысль в голове у путника. Кое-как отогнав мысли о пище, он повернулся на бок и прикрыл глаза – выйти следовало с восходом Солнца, пока лучи света ещё не превращались из благодати в проклятье. 
«Гх-р-р-р» - звук такой, как будто обвалился десяток камней, но этого не может быть – место равнинное, а ближайшие скопления валунов окружают самого Нюка. Мозг, как всегда бывало в моменты опасности, заработал с утроенной скоростью: «Если это что-то большое, то спастись получится, разве что, спрятавшись на валунах…». «Гхр-р-р» - ещё ближе. В следующую секунду Нюк не смог сдержать поражённый вздох: в проёме между камнями показалась тварь, которую в его городе прозвали «Чёртом Пустоши». Нюк не двигался, прижимаясь всем телом к песку и надеясь, что демоническое создание его не заметит. Бесполезно, конечно, но он не хотел этого осознавать. Тварь подняла голову, и её морду осветили лучи лунного света. Нюк завороженно смотрел ей в глаза: чёрные, как смола, но, тем не менее, в каждом из них отражался светлый шар луны. 

Неожиданно для Нюка, смертокогт опустился на четыре лапы и издал гортанный рык. Ещё неожиданней для него оказался ответный рык, который прозвучал с противоположной стороны от животного. Человек повернул голову как раз в тот момент, когда огромного роста фигура, неотчётливо видневшаяся из-за тени одного из громадных камней, вышла на освещённый участок земли. Луна осветила контуры гиганта, размеры которого превосходили человеческие как минимум в три раза. Всё что смог рассмотреть путник - это исполинские размеры этого существа и то, что он держал в руках предмет, от которого исходили резкие вспышки зеленоватых лучей. Смертокогт зарычал, как будто напоминая о своём присутствии. В этот момент оружие, как потом догадался Нюк, которое держал исполин, на мгновение осветив всё вокруг ядовито-зелёной вспышкой, отправило такого же цвета луч прямо в пасть Черта Пустоши. 

Даже находясь в дюжине метров от места попадания, Нюк ощутил жар, исходящий от луча. Прошла пара мгновений, и из-под начавшей пузыриться кожи твари стала течь закипающая кровь, а в разных местах тела начали вылезать чернеющие кости. Через пару секунд, которые, к слову, были едва ли не самыми длинными в жизни Нюка, смертокогт представлял собой кучу беспорядочно торчащих костей, мяса и жидкости, источавшей ужасный запах и едва заметное свечение. Нюк шумно сглотнул слюну и обречённо повернул голову в сторону гиганта. Какой-то частью сознания он был уверен, что его постигнет та же участь. Исполин не издавал ни одного звука и, казалось бы, вообще застыл, превратившись в статую. Только редкие зеленоватые вспышки от его чудо-оружия напоминали о том, что он действительно настоящий, а не из камня… хотя Нюк уже ни в чём не был уверен. Далее случилось то, что стало последней каплей: на лице гиганта проступила улыбка, переросшая в пугающую плотоядную ухмылку. Очередная зеленоватая вспышка услужливо осветила два ряда крепких зубов. Нюк не выдержал и отключился, оставляя своё тело на расправу этому ночному существу.

Солнце как всегда проснулось раньше всех и выползло из-за горизонта, цепкими лучами-пальцами перебираясь всё дальше и дальше по постъядерной пустыне. Мягкими прикосновениями оно прошлось по лицу человека, который, скрутившись калачиком и обхватив колени руками, спал на голом песке. Через пару часов он проснётся и облегчённо вздохнёт, но неаккуратная куча органического происхождения, бывшая некогда одним из самых опасных существ, населявших пустынную Неваду, станет ему напоминанием о реальности ночного злоключения. 

Райно уже был достаточно далеко от того места, где произошла встреча со смертокогтом. Ему было плевать на судьбу человека, которого он оставил там же. Он не спасал его, просто был уверен, что смертокогт не остановится на убийстве человека и, только обезумев от запаха крови, кинется на него самого. Но это всё было ерундой, а впереди ещё бескрайние просторы пустыни…


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Истории,Конкурсы Fallout

Заметки: есть опечатки, куда же без них. Да, я по старой памяти называю Когтей смерти смертокогтами. 

Развернуть

Fallout Other Конкурсы Fallout ...Fallout фэндомы 

Аудиозаписи Мэла.

Запись№1.
08.29.2277; 20:01: Чёртовы ублюдки! Да как они посмели меня выгнать из банды?!Сволочи.. ненавижу…
08.29.2277; 20:02: Я не трус, просто этот радтаракан выскочил слишком неожиданно, да и оружие у меня заклинило! Что я должен был делать, стоять и смотреть? Вот я и побежал!
08.29.2277; 20:03: Гулье дерьмо. «Такие молокососы нам не нужны, вали отсюда,да побыстрее, а то пойдешь на корм собакам». Сволочи, ненавижу, ненавижу! 
08.29.2277; 20:03: Ладно, Мэл, спокойно.. фух.. спокойно. Надо думать, что делать..
08.29.2277; 20:05: ДА ЧТО ТУТ ДУМАТЬ ТО?! Я ПОСРЕДИ ГРЁБАНОЙ ПУСТОШИ ОДИН БЕЗ ЕДЫ, ВОДЫ И ОРУЖИЯ!!!...Хотя стоп.. 
08.29.2277; 20:06: Хаха, совсем забыл, я же захапал чью-то сумку, пока валил из лагеря со всех ног..сейчас посмотрим, что в ней..
08.29.2277; 20:07: Так, три бутыли воды, обрез, малёха патронов, стимулятор, винт(надо будет ширнутся), упаковка макарон, зажигалка и мутафрукт. Ну чтож, неплохо, могло быть хуже.
08.29.2277; 20:08: Чёрт, темнеет надо бы найти ночлег.
08.29.2277; 20:08: Хмм, я вижу какие-то хижины.
08.29.2277; 20:14: Три наспех построенные хижины, две из них уже разрушены. Видать,их построили кочевники. Ладно, так, обрез заряжен, войдем в целую, и посмотрим,есть там кто..
08.29.2277; 20:15: Вух, пустая, а то я уже начал немного бояться, что встречу здесь каких-нибудь головорезов или что похуже.
08.29.2277; 20:17: Эхх, в крыше дырка, если пойдет дождь, будет очень не хорошо.. Хотя, в этой дырке есть и плюс, ее можно использовать как дымоход. Разведу-ка я костер (Слава атому, тут полно разных деревяшек и бумаг).
08.29.2277; 20:31: Охх, хорошо, хоть эти макароны на вкус как сырой таракан, но всё же лучше, чем быть с пустым желудком. Тааак, а теперь время для винта!.... Хотя,я слишком устал сегодня. Лягу спать. 

Запись №2.
08.30.2277; 09:08: С добрым утром, Мэл, как спалось? Очень «хорошо», Мэл,сначала гребаный вой собак не давал мне сомкнуть глаз, потом чьи-то крики и под конец грёбаный ветер шатал эту ржавую хижину всю чёртову ночь.. Просто«охрененно хорошо» спалось!.. Ладно, хватит сарказма, надо поесть.
08.30.2277; 09:14: Завтрак мутафруктом, что может быть лучше?
08.30.2277; 09:18: Надо думать, что делать дальше. Такими темпами еда и вода у меня закончится совсем скоро..
08.30.2277; 09:18: Пошарюсь по хижине.
08.30.2277; 09:24: Хах, мне явно везёт (не учитывая моё изгнание и то, что я нахожусь в грёбаной пустоши.. Ладно, могло быть хуже) - две банки консервированных бобов и виски! А ещё старый приёмник… хмм... вроде рабочий.
08.30.2277; 09:25: Да, работает, ну чтож, немного музыки мне не повредит.
08.30.2277; 09:27: Новости Галактики? Но ведь пару дней назад ни один приёмник не ловил их волну. Видать, они нашли хорошего техника, который там им всё настроил? Хах, одно я знаю точно, слушателей у радио «Я ТОЛСТЫЙ ПРИДУРКОВАТЫЙ ПРИЗИДЕНТ, БЛА-БЛА-БЛА» уменьшится, хах.
08.30.2277; 09:35: Выходец из убежища? Интересно.. Наверняка у него есть куча довоенных штук, которые можно будет дорого продать..Надо его выследить. Чувак с радио сказал, что в последний раз его видели в Мегатонне, он помогал какой-то Мойре с написанием книжки (Хах, ботан). Ну что ж, в путь. Радио, пожалуй,возьму с собой.

Запись №3.
08.31.2277; 17:44: Вот и Мегатонна. Запасы почти на исходе. Хотя, как ни странно, сложностей в путешествии не возникло. Может, госпожа удача повернулась ко мне лицом?
08.31.2277; 17:46: Всё-таки нет. Чёртов шериф не пустил меня в город, сказал,что у них проблемы с нападением бандитов, а я похож на одного из них (надо было избавиться от чёртовой одежды..но не бегать же мне по пустоши в чём мать родила?),а на мои попытки его уговорить об обратном, он просто наставил на меня автомат и кивнул в сторону ворот. 
08.31.2277; 17:47: Грёбаный город, грёбаный шериф.. И что мне делать?
08.31.2277; 17:52: Рядом с Мегатонной сидит какой-то нищий, может он знает?
08.31.2277; 17:54: Треклятые попрошайки, пришлось отдать последнею бутылку воды и вискарь, чтобы узнать информацию…надеюсь, это того стоит. Он сказал, что человек, которого я ищу, носит комбинезон убежища (удивительно, правда? (сарказм)),на нем вышиты цифры 101. Так же он сказал, что услышал от стражи, как эта девка из лавки (Мойра судя по-всему) отправила его к Анкориджскому мемориалу. В путь!
08.31.2277; 18:23: Вот и он, мемориал.. жуткое местечко, но надо осмотреться, может мое «ходячие сокровище» где-то здесь. Где там мой обрез? Вот он.  Фух.
08.31.2277; 18:27: ТВОЮ МАТЬ ТВОЮ МАТЬ ТВОЮ МАТЬ!!!
08.31.2277; 18:36: Кротокрысово дерьмо! Я не нашёл этого жителя убежища, но зато я нашёл кое-кого другого… ЧЁРТОВУ ЗДОРОВУЮ МОКРИЦУ!!! Эта тварь выпрыгнула из-за угла, от страха я пальнул сразу с двух стволов неизвестно куда , я даже не знаю, попал я в эту тварь или нет! Зато она в меня попала своей клешней, захреначила мне прямо в руку… вашу мать, как же больно… но я остался жив! В голове, как в тумане, что же случилось? Хммм, надо вспомнить.
08.31.2277; 18:44: Ахр, не могу думать, рука сильно болит!....... Стой, у меня же есть стимулятор!
08.31.2277; 18:45: Ахх, намного лучше!
08.31.2277; 18:46: Так что же произошло, почему я тут, а не разорван на куски и не подан на серебряной тарелочке к ужину?
08.31.2277; 18:47: Когда эта тварь меня коцнула, в голове сразу помутнело, я был готов уже попрощаться с жизнью, но тут выстрел.. Мой?.. Нет, я же стрелял и промахнулся, да и не похож он был на выстрел из обреза, больше был похож на… Лазер?..Да, лазер. Эта тварь мигом превратилась в пыль, я дал дёру… Ничего больше.
08.31.2277; 18:50: Там на берегу какая-то хижина, может там я смогу найти ночлег?
08.31.2277; 18:55: Рядом с хижиной я встретил женщину в возрасте. Как только она меня увидела, сразу предложила мне помощь. Я сказал, что сейчас просто хочу спать. Она провела меня в свою хижину. Я не смог дойти до постели, сил уже не было, я рухнул прямо у входа и вырубился. Хороший денек… Ну да ладно, могло быть хуже.

Запись №4.
10.02.2277; 19:27: Проснулся от запаха жареного мяса. Сколько я спал? Двое суток? Еле как встал с кровати, совсем ослаб, рана на руке ноет, но, тем не менее, затянулась. Спасибо стимулятору. Я вышел из хижины. Та женщина готовила мясо на мангале. Увидев меня, она тут же предложила мне поесть. Я не смог отказать.
10.02.2277; 19:30: Угадайте, что за мясо она приготовила? МЯСО ЭТИХ ДОЛБАНЫХ МОКРИЦ! Меня чуть на изнанку не вывернуло (если такое возможно с пустым желудком)!.. Но голод такой сильный, что я не мог не поесть.
10.02.2277; 19:40: Совсем не дурно. Я хотел ее отблагодарить, протянул ей винт (единственное,что у меня осталось от встречи с мокрицей (кроме пустого обреза); я потерял сумку, когда бежал от этой рыбины подальше (точнее от того, что от нее осталось..В общем, не важно). Хорошо, что я прячу наркоту в рукав, так надежнее), но она сказал, что ей он не нужен,чтобы я оставил его себе. Это хорошо, а то было жалко его отдавать. Может ширнутся?
10.02.2277; 19:43: Нет, надо найти этого выходца, ограбить его, продать награбленное, а потом уже можно будет и ширнутся.. Только чем я его буду грабить, пустым обрезом? Ну ладно, что-нибудь придумаю, он наверняка молокосос,припугну его и он сам всё отдаст.
10.02.2277; 19:45: Я спросил у этой женщины, не видела она человека в костюме с цифрами 101.Она сказала, что он направился в сторону свалки.
10.02.2277; 19:55: Отправлюсь в путь. Женщина дала мне немного воды и еды в дорогу. Милая женщина, она столько для меня сделала, а я даже не могу ее отблагодарить… Вот бы моя мать была такой же, может быть тогда моя жизнь пошла бы по-другому? Ладно, нечего об этом думать, в путь!

Запись №5.
10.02.2277; 22:57:  Я добрался до свалки.Ни еды, ни воды, только винт и обрез. Надеюсь этот мелкий здесь.
10.02.2277; 22:57: Дверь на свалку открыта, значит, здесь кто-то есть, я слышу шорох впереди. Я знаю, он здесь!
10.02.2277; 22:58: ЭТО ОН! Я видел, как мелькнули цифры 101! Он завернул за тот угол.
10.02.2277; 22:59: Ну вот и момент истины.. Давай, Мэл, соберись, фух.. фух. Он всего лишь молокосос из убежища! Обрез на изготовку… Фух, Вперед!.... Отдавай мне все свои…
10.02.2277; 23:04: БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ! Ааааааа…

Запись №6.
11.02.2277; 00:01: Ауч, жуткая боль в ногах…. Где я? Что произошло?
11.02.2277; 00:03: О БОЖЕ, Я ВСПОМНИЛ!!! ЭТОТ ВЫХОДЕЦ, ЭТО НЕ ЧЕЛОВЕК…… Я наставил на него обрез и сказал, чтобы он отдал все вещи, которые у него есть!А он даже не дернулся… Сначала он посмотрел на обрез, потом на меня, прямо в глаза, моя душа упала в пятки! Потом он начал говорить.. его голос.. уверенный…жуткий… чарующий одновременно… Он сказал, что я не выгляжу на бандита, что мой обрез не заряжен (КАК ОН УЗНАЛ?). Я хотел было ему сказать, что он ошибается и если не отдаст всё, то пожалеет..но не смог, в горле пересохло, страх жуткий, этот его вид навел на меня ужас, а голос его только усилил этот страх… И тут я окончательно впал в огромный ужас… Винтовка…. Лазерная винтовка! Это он убил ту мокрицу, ОДНИМ ВЫСТРЕЛОМ! Я побежал, быстро, не глядя. Бежал, бежал и.. упал? Но куда?
11.02.2277; 00:05: Пещера..куча костей..ЧЁРТЧЁРТЧЁРТ, ЭТО ПЕЩЕРА ЭТИХ ДОЛБАНЫХ МЕДВЕДЕЙ!
11.02.2277; 00:06: Тут я опять почувствовал боль в ногах. Я посмотрел на них. Они были в крошево, да и еще придавлены камнями. Эхх, чёрт, видать, всё этим и закончится.
11.02.2277; 00:07: Я вспомнил про винт. Думаю ,самое время его использовать, а то мне кажется, что это мой последний шанс. Хаха.
11.02.2277; 00:10: Ахх, хорошо. Забористая штука. Ну что, Мэл, может быть ещё хуже?.. (Рёв на заднем плане)… Видать, может…………….
Запись кончается. 


Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,Конкурсы Fallout


Развернуть

Fallout Other текст story ...Fallout фэндомы 

Был только миг

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Хотел бы я сказать, что это так, но перед моими глазами уже битый час тускло блестит боками ядерная бомба.

Если вы это читаете… Да ничего это не значит. Просто мне нужно чем-то занять себя перед самым главным решением в жизни. Последним решением.

В моей коллекции 19 пупсов. На дисплее SPECIAL красуются ровные цифры: 6, 9, 6, 8, 7, 10. Не абы что, но меня устраивает. Совсем недавно случайно нашёл на земле перчатку когтя смерти. Уворачивался от жала дутня – и на тебе, такая удача. Жаль, не надолго…

Никак не могу решиться. В который раз глажу кнопу выхода из VATS – но никак не могу нажать. Перед глазами – не моя прошедшая жизнь, не её лучшие моменты, а будущее. Взрыв, части тела. Части моего обдолбанного тела!

Съел и выпил всё, что мог, починил оружие, разгрузил рюкзак от хлама. Пишу дурацкие записки, хотя понимаю, что их в любом случае никто не прочтёт. Не думаю, что бумага переживёт попадание из «Толстяка».

Тварь впереди даже не шелохнётся. Ладно. Решено. Надо же хоть раз испробовать перчатку в деле. Это будет леген… Подождите…
я „ i t •s Г 4Л,Fallout Other,Fallout,Фоллаут,,фэндомы,текст,Истории
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые интересные картинки, арты, комиксы, статьи по теме Fallout Other (+298 картинок, рейтинг 5,440.6 - Fallout Other)